Мертвые игры (СИ)

- Вам плохо, - жестко произнесла я, вгоняя 'напугателей' в ту гамму ощущений, что по их милости испытала я. - Больно, стыдно, противно от осознания собственной слабости!

Хрип, ругань сквозь зубы и два некроманта сползли на холодную грязную землю - Норт держался. Из последних сил, пошатываясь и едва удерживаясь.

- Слезы льются градом! - продолжила я. - Ноги слабеют! Руки дрожат. И так противно, что хочется свернуться в комочек и рыдать в подушку!

Носатый и рыжий начали всхлипывать, Норт держался.

- Вам от самих себя противно! - мои слова в пустом деревянном строении звучали набатом. - Тошно, до безумия! Вы ощущаете себя слабыми, жалкими, беззащитными.

Носатого вырвало. Рыжий трясся, но не рвал. Дастел, неимоверным образом удерживающийся на ногах, прохрипел:

- Ректор за использование магии подавления воли убьет, Каро!

Я не плакала. Мне с огромным трудом удавалось сдерживаться и даже улыбнуться получилось. Вот с этой неестественной улыбкой я и произнесла:

- А кто ему донесет, Дастел? Ты? Сомневаюсь, ведь тогда придется объяснить, что толкнуло меня на подобные действия! И про то, откуда в моем амулете появилась магия подчинения. Твоя магия.

Он заскрипел зубами. Скрежет послышался отчетливо - любой маг проверив артефакт сразу поймет чье заклинание было впитано.

Оттолкнувшись от стены, на негнущихся ногах я подошла, молча засунув руку в его карман, извлекла разряженный артефакт, и торопливо надела на шею. А затем, глядя в черные глаза Норта, тихо прошептала:

- Ты падаешь!

Дастел рухнул. На одно колено, но рухнул. И взгляд его не обещал мне ничего хорошего. Только смерть, причем мучительную.

- Нравится? - стараясь казаться спокойной поинтересовалась я. - Вот это, малыш, игры по-взрослому, наслаждайся.

- Ты ответишь! - в хриплом голосе отчетливо звучала угроза.

- За что? - зло спросила я. - Что здесь произошло 'такого'? Я лишь чуть-чуть поставила вас на место, Дастел.

И развернувшись, я гордо покинула помещение под платформой, напоследок от души хлопнув дверью. Уходила не торопясь, дрожащими руками застегивая пуговицы - точно знала, что у меня не менее четырех часов прежде, чем магия артефакта рассеется. Но не успела отойти и на десять шагов, как на меня налетел Гобби, обхватил, сжал в объятиях, и я поняла, что все это время мое маленькое умертвие бегало и искало. Меня. И пока зомби хватал за руки когтистыми лапами, заглядывал в заплаканные глаза, принюхивался и скалил зубы в глухом рычании, я, застыв, смотрела на него и чувствовала, как в груди растет что-то удивленно-благодарное, невероятное и неожиданное - осознание того, что я больше не одна во всем мире, у меня есть Гобби.

- Ыыы! - зарычал мой единственный друг. - Ыы!"

"И ринулся к тому самому помещению под постаментом.