Месть – блюдо горячее

Когда Молявкин открыл глаза, питерец снова занес над ним кулак:

– Или сознавайся, или подыхай – мы убийц не жалеем.

– Скажу, все скажу, токмо не бейте! – взмолился тот. И начал рассказывать, потирая ухо и боязливо косясь на командированного. Когда пришел Баулин, у сыскных на руках уже было признание.

Молявкин показал, что его тоже выгнали из банды. Там остались двое, земляки из нехорошей деревни Быково, Егор Князев и Гервасий Самодуров. И они собрались куда-то за город на очередное злодейство…

На этих словах Баулин принялся рыться в бумагах, высящихся на его столе. Нашел, что искал, и буркнул:

– Анчибалы[26]!

Алексей Николаевич взял бумагу из его рук и вслух зачитал донесение уездного исправника. Вчера в селе Льгове Рязанского уезда была убита в собственном доме крестьянка Грознова, она же Ковалева, шестидесяти лет. Баба профессионально занималась нищенством и слыла в округе за зажиточную. Две раны от топора на шее, лицо закрыто тряпкой… Разбросаны вещи из двух сундуков, сорвана одна половица. Убийцы проникли в дом через соломенную крышу, сделали черное дело и ушли, никем не замеченные.

– Они?

– Больше некому, – вздохнул губернский секретарь. Он перевел на Федоса злой взгляд и зарычал: – Говори, где они могут прятаться!

Молявкин вжал голову в плечи:

– Уж, верно, сбежали из города…

– Куда?

– В Саратов.

Всех в комнате будто током ударило.

– Почему в Саратов? Что ж ты раньше молчал, ирод?

Бандит пояснил:"

"– Когда в девятом году взяли шайку Ковалева, Егор Савватеевич спрятался в Саратове. Там у него большие связи среди фартовых – и сейчас они помогут ему укрыться.

– С Оки на Волгу? – процедил Лыков. – Ну-ну… Поищем в Саратове. А точно Егорка уже смылся? Не уловка ли это с его стороны? А может, с твоей? – Он взял арестованного за подбородок: – Ты не врешь?

– Верняком-то я не знаю, но говорили они промеж себя: надо в Саратов мотать. Там-де подсобят. Только денег у них было мало. Вот и решили пополнить кассу, прибить старушонку… Сперва целились подломать ювелирный магазин на Почтовой, да побоялись…

– Это заведение Шмерки Евелева, – догадался губернский секретарь. – А что помешало?

– Говорю же: струхнули. Место на виду, фонари, городовые. Нищенку в деревне кончить безопаснее. Теперь у них деньги есть, можно драпать.

Шансы, что двое убийц еще не покинули Рязань, оставались. Решено было усилить поиски, хотя куда уж там усиливать… Лыков отказался от поездки в Солотчу. В состоянии задумчивости он шел к себе на Соборную, размышляя, как ему мотивировать перед Степой Белецким командировку в Саратов. Тут-то и случилось происшествие, которое обрушило его фонды в глазах местной полиции.

Любопытную фигуру на углу Почтовой и Болдаревской он заметил издалека.