Место, где живёт счастье

– И вот я подумала, а что, если это не просто выдумка сценариста? Что, если такие люди есть на самом деле? Может, всё не совсем так, как в том кино, художественный вымысел, конечно, присутствует, как в книгах или фильмах про вампиров или оборотней? И кто-то где-то что-то слышал, в итоге подобная легенда дошла и до сценариста?

– Мне кажется, вся эта чушь про «Должен остаться только один» – вымысел, для того чтобы придать динамичность сюжету, – стал развивать её мысль Кристиан. – Но вот ген бессмертия, просыпающийся только после насильственной смерти – в этом что-то есть.

– Да, много раз. Четыре раза до похищения. А в плену… Я не помню, сбилась со счёта."

"Ричард то ли вздохнул, то ли всхлипнул, и, крепче прижав Эбби к себе, зарылся лицом в её волосы. И я подумала, что он не мог не знать этого раньше, конечно, знал, но ему всё равно больно слышать о страданиях своей половинки.

– И каким именно был первый раз? – спросил Джеффри.

– Меня и мою семью убили индейцы. А потом сожгли наши трупы. Я очнулась спустя два дня, на пепелище, голая, вся перемазанная в саже, но целая и невредимая.

– Всё сходится, – развела руками Рэнди. – У тебя, Джинни, было точно так же, верно? Гибель, сожжение и воскрешение спустя два дня.

– Да, – кивнула я, хотя вопрос был явно риторическим.

– Похоже, мы нашли алгоритм, запускающий ваш ген бессмертия, – удовлетворённо кивнул Джеффри.

– Бессмертия? – кажется, сюрпризы на сегодня ещё не закончились. – Так я что же, теперь бессмертная? Как Эбби? И тоже проживу триста лет?

– Думаю, ты проживёшь гораздо дольше, – улыбнулся мне Джеффри.

– А ты только сейчас это поняла? – удивилась Рэнди.

– Да. Я думала, что просто регенерирую, и всё. А выходит, что теперь и стареть не буду? – я потёрла висок, пытаясь уложить в голове и это тоже.

– Нет, моя хорошая, – Кристиан легонько поцеловал меня в висок. – Ты навсегда останешься такой, как сейчас. И нам не придётся использовать тот метод…

– Кстати, а что за метод-то? Ты мне так ничего толком не объяснил.

– Уверена, что хочешь узнать это сейчас? Может, позже? Тем более, что для тебя это уже не актуально.

– Пожалуй, ты прав. Мне бы всё, что я сегодня узнала, переварить.

– Договорились.

– А как же Эмилия и Джедидайя? – послышался голос Эбби. – Почему они не воскресли?

Я поняла, что она говорит о своих детях, которые погибли при том набеге индейцев. Видимо, не только я.

– Возможно, твои дети не унаследовали этот ген, «включаться» было просто нечему, – сделал предположение Джеффри.

– Или есть другое объяснение, – это уже Кристиан. – Эбби, сколько тебе было тогда лет?

– Двадцать два.

– А Джинни – двадцать один.