Место, где живёт счастье

– Потрясающе! – я была восхищена, но ни капельки не удивлена, почему-то. И уж точно не напугана, чего нет, того нет."

"Но наш разговор ушёл слегка в сторону, Кристиан отвечал на мои вопросы, словно давая мне осмыслить другое, то, о чём я и подумать стеснялась. Потому что если Кристиан чувствует ко мне то же, что и я к нему, значит, он меня тоже… хочет? Как я его сегодня утром? А может, и сильнее? Он всё же взрослый, опытный мужчина, хотя, что я вообще о мужчинах знаю? Наверное, чем строить догадки и предположения, лучше спросить самой… Но как, КАК заговорить о подобном с тем, кого знаешь меньше суток? Но если не спросить, я же так и буду мучиться, думать, переживать…

– Кристиан?.

. – как хорошо, что в таком положении, прижимаясь щекой к моей макушке, он не может видеть моего лица.

– Да, моя хорошая? – И, так как я продолжала молчать, он постарался мне помочь. – Ты хочешь ещё о чём-то меня спросить?

– Да, – выдохнула я с облегчением и снова замолчала, пытаясь сформулировать вопрос, не умерев при этом от смущения.

– Ты хочешь уточнить что-то насчёт нашего брака? – Кристиан проявил удивительную прозорливость.

– Да, – как-то других слов не осталось.

– Насчёт того, что брак наш будет самым настоящим?

– Угу, – промычала я, меня даже на «да» не хватило.

– Джинни, девочка моя! – Кристиан развернул меня так, что мы оказались лицом к лицу. – Посмотри на меня!

Я с трудом, но всё же подняла на него глаза, чувствуя, как полыхают щёки. Кристиан смотрел на меня с доброй улыбкой и невероятной нежностью и пониманием во взгляде.

– Всё будет зависеть только от тебя. От тебя, понимаешь? Мы обязательно будем близки, но не раньше, чем ты будешь готова, тогда, когда ты сама этого захочешь.

Я понимаю, что для тебя всё происходит очень быстро, невероятно быстро, что ты, возможно, даже в шоке, есть немного, да?

– Угу.

– Ну, так знай – решать тебе и только тебе. Поэтому расслабься, я готов ждать столько, сколько понадобится.

– Но… Ты же…

– Хочу тебя? Да, хочу, и очень. – Мои щёки заполыхали ещё жарче, хотя вроде бы куда ещё-то? – Но я никогда не сделаю ничего, что расстроит или напугает тебя, я никогда не сделаю тебе больно, никогда. Ты – моя половинка, моя жизнь. Поэтому я буду ждать столько, сколько потребуется. Решать тебе.

Вон, Джеффри вообще целый год ждал, и ничего, выжил.

– Джеффри? – этот кусочек информации несколько отвлёк меня от собственного смущения, а любопытство вернуло членораздельную речь. Почти членораздельную. – А… а его… Джулия, да? Она так долго не хотела? Почему?

– Да хотела она! Половинки же. Но тогда мы об этом ещё не знали, вот Джеффри и опасался, что она к нему не испытывает того же, что и он к ней. Изобретал кучу предлогов, чтобы удерживать её рядом, чтобы она привыкла к нему, полюбила. Не решался сразу признаться.