Миг бесконечности. Том 2

В остальном ничего не изменилось: все та же тупая боль во всем теле. На душе — мерзко, грязно и… пусто. Ничего, кроме хаотичных обрывков мыслей, также переживающих похмелье.

«Надо принять душ, — зацепился он за одну из них, показавшуюся спасительной. — Побриться, переодеться, спуститься в ресторан и поесть. Но сначала заварить чай покрепче. И сахару побольше. Проверенный метод, должно помочь».

Заставив себя подняться, Вадим достал из холодильника бутылку воды, налил в чайник, щелкнул тумблером и, дожидаясь, пока закипит, подошел к окну. Открывшийся вид на город полностью совпадал с его настроением. Капли на стекле, серое небо, вязкая, низкая облачность, размывшая улицы и проспекты, поглотившая верхушки небоскребов.

Щелкнул тумблер. Залив кипятком два пакетика черного чая, Вадим поднял с пола джинсы, джемпер, разгладил их руками и аккуратно повесил на спинку кресла. Прихватил гигиенические принадлежности и поплелся в душ."

"«Работа у нее вредная, — стоя под тугими струями, вспоминал он слова матери. — Еще какая! Особенно для окружающих… А ведь знала, не могла не знать, кто я такой! — вдруг осенило его. — Пускай даже поначалу не догадывалась, но после знакомства с мамой, после ее рассказов об отце не могла не понять, с какой семьей имеет дело! Зачем же тогда продолжала делать вид, что ничего не помнит?! И ведь, самое главное, это ее нисколько не тяготило, уж я бы заметил! Неужели думала, что никто не свяжет ту историю с сегодняшним днем? Вот оно, женское коварство!.. Почему я снова встретил не ту женщину? И почему именно она запала мне в душу? Потому что так долго ее искал? Но ведь, если честно, я давно отказался от этой идеи. Старался даже не вспоминать. А желание взяло и материализовалось! Но ведь так не бывает! Это, в конце концов, жестоко! — он крепко сжал кулаки. — Не хочу ее видеть, слышать, знать!.. Однажды я уже через это прошел. Надо взять себя в руки. Переключиться. Рвануть после похорон одному в горы, выбить из себя всю дурь одним махом… Как она могла?» — отбросив голову, Вадим подставил лицо струям.

Нестерпимая боль терзала душу, горло сдавливал ком обиды. Крепко, до рези, сомкнув веки, в последний момент он все же переборол себя и не дал волю готовым вот-вот появиться слезам.

«Я в принципе не против слез. С точки зрения медицины, они даже полезны, — снова вспомнились ему слова Флемакса. — Сентиментальность, если в меру, тоже не порок. Но раскисать в минуту, когда надо собраться и держать свои эмоции в узде, — это не по-мужски. Это называется малодушие. Нужно учиться принимать удары судьбы. Только так можно победить».

…Если бы не Саня с Андреем, его, скорее всего, давно уже не было бы на белом свете. И он хорошо помнил день, едва не ставший последним в его жизни.