Миг бесконечности. Том 2

Заметили его далеко не сразу — сначала брали в печать лишь мелкие очерки, не более. И только на четвертый год плотной «осады» стало что-то складываться, да и то после того, как познакомился с французом Жастином Кложе. Жастин был старше почти на десять лет, уже имел имя и репутацию «повернутого» фотографа-экстремала. Он-то и предложил начинающему журналисту сотрудничество. И протекцию составил, и опытом поделился. Это было невероятно: первая же их авантюрная экспедиция в Зимбабве, на которую Генрих одолжил денег у отца, принесла желанный результат! Цикл статей Вессенберга и сопровождавшие материал фотографии Кложе купил всемирно известный географический журнал. Более того, с ними подписали контракт и тут же отправили в Перу! Надо сказать, немалую роль в этом сыграли Генкин авантюризм, коммуникабельность и неожиданно открывшаяся способность к иностранным языкам. К моменту встречи с Катей он практически свободно изъяснялся на всех основных европейских языках и с удовольствием изучал новые. Впитывал их как губка!

Слушая воодушевленный, изобилующий жестикуляцией рассказ друга, Катя искренне за него радовалась. Молодец, не побоялся начать все сначала и в результате достиг цели! А ведь сколько таких, как он, перебрались на историческую родину, но так себя и не нашли… Друг оказался с характером, состоялся как личность, и ему есть чем гордиться. А что она? Кроме того, что вышла замуж, чем может похвастаться? Тем, что стала журналисткой, начальником отдела в популярной газете? Да с изданиями, которые печатали Вессенберга, ее газета и рядом не стояла! Мысли о книге давно пришлось задвинуть в дальний угол, потому что засосала рутина, писанина, от которой по вечерам хотелось спрятаться подальше и даже не включать компьютер! Куча незавершенных проектов, недописанных статей, неосуществленных планов, главный из которых на сегодняшний день — даже не книга, а мечта о ребенке.

В тот приезд Генка задержался в Минске на неделю: хотел не только побывать в родных местах, но и сделать очерк о земле, где прошли юношеские годы. Практически все время Катя провела вместе с ним. Даже отгулы на работе выпросила, чтобы повозить его и прилетевшего на пару дней Жастина по белорусским замкам! Удивительно, но то ли Генкино имя сработало, то ли название печатающих его журналов, но стоило Кате заикнуться о нем Жоржсанд и добавить, что когда-то вместе учились, как начальница решила: Проскурина берет отгул, а взамен даст в один из номеров статью о земляке, журналисте и путешественнике."

"И все было бы хорошо, если бы не вернувшийся из командировки Виталик, у которого неожиданно случился приступ самой настоящей ревности.