Будни самогонщика Гоши - 2. Мир и нир

А я уписывал за обе щёки, накладывал Мюи и Клаю, не дожидаясь лакеев. Тесть аккуратно ухаживал за молодой супругой.

Правда, без мелких шпилек не обошлось.

Мюи обнаружила, что балахонистое платье с высоким поясом и огромными пузырями на плечах, не знаю, как их правильно обозвать, Настя облагородила элементами современности из XXI века. Всякие строчки-выточки и прочая хрень, здорово изменившая силуэт и подчеркнувшая женственность.

- Почему ты не помог мне сделать такое платье?

- Но, любимая, я в этом не разбираюсь. Для меня женское платье – это четыре дырки, для ног, рук и головы, как-то соединённые тканью.

Она надулась.

- Ты во всём разбираешься! Вон какие заводы у нас – нирогонный, стекольный, дрожжевой. Мастерская Пахола, говорят, лучшая в Мульде. Лесопилка. Просто не хочешь, чтоб я выглядела хорошо.

Ничего себе заявка! Но я не хотел портить праздник.

- Дорогая! А почему тебе не спросить мою маму? Там, дома, она прекрасно шила.

- Спрашивала, - вздохнула моя благоверная. – Та ответила, что мода Мульда гораздо больше соответствует нравственному началу, чем распутство вашего прежнего мира. Там девушки носили подол, едва прикрывавший развилку, и показывали голый пупок!

- Зачем крайности? Впрочем, ма не переделаешь. Хочешь совет? Обратись к Насте, - увидев протестующую гримасу, я надавил сильнее: - Мы породнились. Это факт. Её дочки станут твоими сёстрами. Отчего же вам не начать общаться с простого, обеим понятного?

Когда мама сжалилась и объявила перерыв, Мюи, проверив Моиса, решительным шагом направилась к Насте. Со стороны казалось – идёт, чтоб ударить. Нет, обошлось. Спросила, та обернулась. Постепенно диалог наладился.

Почему не скачал им модный журнал?

Я подышал воздухом, походил, чтоб съеденное утрамбовалось и чуть-чуть освободило место для новых употреблений и возлияний. Время приближалось к полуночи. Дожить спокойно и в расслаблении до Нового года мне не дали.

- Гош! Спой."

"Начал Фирух. Остальные подключились. Эгоисты! Сами пробовали петь на переполненное пузо?

Как и с «Ква-ква», меня выручил Эдуард Ханок. Застольные – его фишка.

- Дорогие мои! Клай, Мюи, Фирух, вы не знаете, наверно, что в королевстве, откуда мы прибыли, гораздо холоднее. На Новый год всё в снегу и покрыто льдом. Там – это праздник зимы и холода. Слушайте!

Потолок ледяной, дверь скрипучая,За шершавой стеной тьма колючая.Как шагнешь за порог — всюду иней,А из окон парок синий-синий...[1]

Как-то слышал выступление Ханка по телевизору. Тот сел за пианино и спел эту песню. Потом рассказал байку. На новогоднем концерте в Кремлёвском дворце съездов, когда его транслировали в прямом эфире без записи и цензуры, подвыпивший тёзка композитора Эдуард Хиль спел: «А из окон Ханок – синий-синий». Так и пошло в эфир.