Миля над землей

Его жизнь была такой идеальной. Его семья была идеальной, а моя – нет.

Затем он продолжил играть за Университет Миннесоты, а я играл за штат Огайо, и наше детское соперничество переросло в жаркие пять лет студенческого хоккея. В то время у меня были кое-какие семейные проблемы, и весь свой гнев я выплескивал на льду. В конечном итоге Мэддисон от меня огреб: в начале наших студенческих лет я грязным ударом вмазал его в борт, и в результате он настолько сильно повредил лодыжку, что на втором курсе выбыл на целый сезон, а затем пропустил драфт НХЛ[2].

По иронии судьбы мне также пришлось пропустить второй курс из-за нескольких предметов, которые я провалил.

Он ненавидел меня за это, а я ненавидел себя по целому ряду иных причин.

Потом я стал ходить на терапию. Добросовестно. Я работал над своими проблемами, и к выпускному классу мы с Мэддисоном стали лучшими друзьями. Мы по-прежнему играли за разные команды, но уважали друг друга и, несмотря на проблемы с психическим здоровьем, нашли общий язык. Он страдал от приступов тревожности и панических атак, а я – от горького гнева в таком количестве, что он приводил к паническим атакам просто потому, что поглощал меня, отгораживая от реальности.

И по воле судьбы мы с Элаем Мэддисоном оказались в одной команде здесь, в Чикаго, играя в команде профессионалов «Чикаго Рапторс». Этот сезон для меня – начало седьмого года профессиональной карьеры, и я не могу представить, чтобы я играл где-то еще.

Вот почему мне нужно быть уверенным, что со мной подпишут новый контракт, когда этот истечет в конце сезона.

– Скотт, мы получили новый самолет? – спрашиваю я идущего впереди менеджера нашей команды."

"– Да, – бросает он в ответ через плечо. – Все профессиональные команды Чикаго получили. Новая чартерная компания. Новый самолет. Они подписали какую-то крупную сделку с городом.

– Новый самолет. Новые сиденья… Новые стюардессы, – с намеком добавляю я.

– У нас всегда новые стюардессы, – вмешивается Мэддисон. – И все они пытались с тобой переспать.

Я самодовольно пожимаю плечами. Он не ошибается, и мне не стыдно. Но я не сплю с женщинами, которые на меня работают. Это может вызвать проблемы, а я не люблю проблем.

– И еще одна новинка, – добавляет менеджер команды. – Один экипаж на весь сезон. Те же пилоты, и те же стюардессы. Больше никаких случайных членов экипажа по типу «зашли и вышли», стремящихся получить ваши автографы.

– Или стремящихся залезть к тебе в штаны, – бросает на меня острый взгляд Мэддисон.

– Я был не против.

В кармане моих брюк гудит телефон. Вытащив его, я обнаруживаю парочку новых сообщений в моем личном кабинете в соцсети.

Кэрри: Видела расписание твоих игр. Я так понимаю, ты сегодня будешь в городе.