Мина в плохой игре
Руки затряслись. Датчик, контролирующий выброс гормонов пикнул. Медсестра подняла глаза, посмотрела на маленький экран, стоящий у кушетки и холодно сказала: – Успокойся. Можно подумать, тебя первый раз поимели. В любой другой ситуации я бы огрызнулась, попробовала поставить сотрудницу клиники на место. Но не сейчас. Сейчас я была раздета и беспомощна. Оставалось молиться, чтобы мое ДНК не подошло для размножения с хаятами. По спине побежали капли холодного пота. Раньше, когда я читала в книгах о каплях пота, бегущих по позвоночнику, то думала, что это метафора. Сейчас, сидя на проклятой кушетке, поняла, что это совсем не метафора.
Вроде ничего необычного в них не было: обычные окна с изображением каких-то персонажей из популярного у детей сериала. Или не сериала – Майрад плохо разбирался в детских пристрастиях и искренне надеялся, что в этот раз ему не придется вникать. Пушистые шары ядовитых окрасок не внушали детективу доверия. Он вообще не любил подобные расцветки и старался их избегать в повседневной жизни.
Рядом с окном Майрад увидел небольшой выступ. Такие бортики делали в особняках старого типа для установки самодельных кормушек. Сейчас было не модно мастерить тарелки для животных, поэтому бортики остались как архитектурный элемент.
Опытным взглядом Майрад прикинул траекторию полета наблюдательных дронов. Их было достаточно, чтобы контролировать всю территорию вокруг особняка, и каждая группа отвечала за свой сектор, время от времени меняя маршруты.
Варадар Райси
Варадар Райси в профессиональных кругах был своеобразной легендой: с момента поступления на службу не было ни одного нераскрытого дела и ни одного слушания, где бы не было доказана вина преступника. Его обожали судьи, ненавидели адвокаты, боялись преступники, а конкуренты сочиняли небылицы.
Пагарда Гастар, чей сын пропал сегодня ночью, о Варадаре и Майраде был наслышан.
















