Миссия доброй воли

Если получится, мы сложим совсем другую историю: о хапторе Шаххаш’пихи, который спас ашинге Риреха, спрятал на время среди своих верных слуг. Почему спрятал? Рррхх... это легко придумать. Кто-то на Риреха покушался... может, Хочара, а может, Хшак... Убили бы Риреха, но Шаххаш’пихи спрятал его, пока велось дознание. Мудрый Шаххаш’пихи, ловкий Шаххаш’пихи! Верный хранитель жизни ашинге! А за эту услугу я прошу немногое.

Хаптор повернул голову, и Эрик догадался, что он осматривает зал, глядит на резную мебель, хрустальные светильники, голубоватую обивку стен и свод, подобный ясным небесам. Затем Шаххаш’пихи продолжил:"

"– Ты, Рирех, не первый, кого я спрятал на Таханги’ту. Там есть одно создание... очень, очень ценный пленник... Я желаю его расспросить – надеюсь, ты понимаешь, о чем, – но это существо заснуло или притворилось спящим. Спит крепко! Так крепко, что удары током его не разбудили. Ни ток, ни иглы, ни раскаленное железо... Любая рана тут же заживает без следа... Я мог бы его уничтожить, но это стало бы поражением – не для того он пойман. Ловили долго, целые столетия!

Озноб усилился – теперь Эрика так трясло, что лязгали зубы. Он чуть не прикусил язык, стиснул кулаки и выдавил из пересохшей глотки:

– Живодер! Ток, иглы и железо... Проклятый живодер! Хочешь до Владык Пустоты достучаться? Еще чего! Нужна им этакая мразь!

Но Шаххаш’пихи его не услышал:

– Ты мне поможешь, Рирех. Разбуди пленника и спроси о том, что я желаю знать. Ты сумеешь это сделать, я уверен. Ты особый ашинге, ты чувствуешь сказанное без слов... Выполни, что я велел, верни долг своего предка и останешься в живых. Я обещаю.

– Шшех гаракха шагирда! – пробормотал Эрик. – Катись в ад со своими обещаниями! Не будет по-твоему!

Он вытер холодный пот со лба и поднялся.

НЕРЕЙ, АГЕНТ СЕКРЕТНОЙ СЛУЖБЫ

– Ложь, все это ложь! – произнес Ричард Харгрейвс, с силой хлопнув ладонью по колену. – Ложь! И Сезун’пага тоже это понял! Грозил гневом владыки Кшу, но правды не добился... Теперь одна надежда – на Куршутбаим. Они проведут дознание.

Глава миссии поморщился:

– Я бы не очень на них рассчитывал. Что нам их дознание, пусть даже проведенное sine ira et studio?[9] Нам нужен Эрик, живой и невредимый.

– Однако протест мы должны заявить!

* * *Они сидели на скамьях во внутреннем дворике. Солнечные лучи дробились в прозрачном своде, порождая радуги, вечер стоял ясный, но лица людей были угрюмы.

– Протест – это обязательно, – согласился Хурцилава. – Протест в данной ситуации – необходимая часть формального протокола. Мы направим его Шеггерену’кшу и сообщим о происшествии на Землю. Но это – минимальное действие. Что дальше?

На секунду повисло молчание. Потом коммандер Шошин сказал:

– У нас нет здесь своей агентуры, и мы не можем провести независимое расследование.