Миссия доброй воли

 – Мы искренне благодарны, но наши Устои не позволяют тесно общаться с самками других рас.

– Хуси-хуси нет? – удивился «говорильник».

– Нет, – подтвердил глава миссии. – Устои нужно соблюдать.

Сезун’пага сделал знак согласия.

– Аха! Посягатель на Устои проклят! – Он ткнул когтистым пальцем в сторону женщин и что-то прохрипел – так быстро, что Эрик не уловил ни слова. Дамы без возражений направились к воздушной машине.

Шихерен’баух развернулся, рыкнул на своих бойцов и отправился расставлять их вокруг охраняемого объекта. Два воина занялись фургоном: один вытащил пульт и принялся нажимать кнопки, второго Эрик не мог разглядеть – он что-то делал, скрывшись за высоким корпусом. Лязгнуло, из днища машины поползли опоры, утвердились на земле, потом выдвинулся пологий пандус, а над крышей поднялась антенна. Оба стража исчезли в фургоне.

– Мобильный сторожевой пост, – негромко произнес Шошин. – Там аппаратура слежения и связи, и они наверняка контролируют всю окружающую местность. Здание, возможно, тоже. – Военный атташе задумчиво уставился на каменные стены замка. – Я проверю, нет ли внутри датчиков слежения.

На площадке у «летающего крыла» остался один небольшой контейнер, помеченный звездным знаком династии Кшу. Харгрейвс осмотрел его и, набрав код, снял электронную защиту. Потом кивнул Хурцилаве:

– Все в порядке, шеф. Можно отправлять.

– Груз для вашего клана, – произнес Хурцилава, повернувшись к Сезун’паге. – Платина, как договаривались. В обеспечение расходов миссии.

Во всех мирах хапторов платина была традиционным платежным средством, и, по соглашению с Земной Федерацией, этот металл считался универсальной валютой для обеих рас. Впрочем, торговля с хапторами отнюдь не процветала – за двадцать два года, прошедших после войны, не стало яснее, в каких товарах они нуждаются.

Сезун’пага рыкнул на грузчиков, и те потащили пятитонный контейнер в его воздушную машину. Не сказав больше ни слова, пха направился к пандусу; четверо землян, расценив это как приглашение, двигались следом. Они спустились в подземный вестибюль, просторный зал с подвешенными у потолка светильниками, и оглядели внушительный штабель сложенного там имущества миссии, у которого уже хлопотали инженер и медик. Стены этого помещения были облицованы грубо обтесанным камнем, пол выложен шестигранниками из черного базальта, и в двух его концах виднелись наклонные плоскости, ведущие наверх. Больше – ничего, ни колонн, ни арок, ни иных украшений.

– Ходить на жилую зону, – предложил Сезун’пага.

Хурцилава бросил взгляд на Абалакова, но тот покачал головой.

– Добро присмотр любит, так что я останусь здесь, а Марсель пусть отправляется с вами. Я уже осмотрел первый этаж и знаю, с чем тут у нас главная проблема.