Младший близнец, или Спасённая \

Поузи и Суози красили столбики изнутри, каждая - в выбранный ею цвет, ну а мы с Россом подправляли непрокрашенные ими места - всё же малышки не были мастерами покрасочного дела, для них это была лишь игра, вскоре превратившаяся в соревнование «кто быстрее».

Управились мы за час, причём половину этого времени распределяли, кто и что делает. Потом Росс обратился к селянам, сказав, что ходить по мосту уже можно, а перила пока трогать нельзя, и что если краска попадёт на кожу, её без магии не оттереть.

А потом этой самой своей магией очистил от краски нас всех - и руки, и одежду, а у близняшек даже волосы, хотя я и повязала косынки нам всем, включая мальчишек.

Они поначалу отказывались, но Росс подал пример, и вслед за ним волосы прикрыли и ребята.

С берега послышалась новая волна обсуждений, и мне стало интересно, как скоро селяне тоже начнут повязывать головы во время грязных работ. Ведь одно дело - измазать волосы или картуз, и совсем другое - ненужный лоскут старой тряпки. Вслед за господином - чего ж не повторить такое удобное новшество? Раз уж ему не зазорно, селянам-то тем более!

Расположившись в повозке, мы с чувством выполненного долга поедали ватрушки с молоком, а заодно наблюдали, как селяне степенно прогуливаются по новому мосту, одобрительно обсуждая удобную постройку, а ребятишки носятся туда и обратно, а кто-то уже громко верещит от того, что мать треплет за ухо.

А не нужно было крашеные перила трогать, Росс же предупреждал!

- Папа, а ты сегодня с нами в солдатиков поиграешь? - спросила Поузи."

"За время своего невольного домашнего заточения, на котором я настояла, а Росс покорно согласился - не умел он болеть и травмированное тело беречь, за что и поплатился во время поездки в Шахты, - он много времени проводил с детьми.

Конечно, дел у хозяина поместья хватало, и с бумагами он в своём кабинете засиживался допоздна, но с дочерями провёл времени едва ли не больше, чем за весь предыдущий месяц, учитывая, что до этого встречался с ними лишь за обедом.

И позже, когда я дала добро даже на поездки верхом, он сократил их, насколько мог, чтобы побольше времени осталось для общения с детьми. Вставал Росс ни свет, ни заря, уезжал куда-то с управляющим или один, но к обеду всегда возвращался, а в кабинете закрывался уже после ужина, и во сколько ложился, я даже не догадывалась.

Как я теперь узнала, после смерти прежнего хозяина этим поместьем никто не интересовался и не навещал - слишком далеко от столицы, где обитало семейство Росса, слишком «дальняя провинция», где городским жителям, привыкшим к балам, театрам, клубам, ресторанам и прочим развлечениям, о которых я даже не слышала, заняться было решительно нечем.