Мне ее нельзя (СИ)

Мечтаю о том, что уже завтра мы с Милой наденем наши любимые пижамы, сделаем горячий шоколад с маршмелоу и будем смотреть все романтические комедии, что способен предложить современный кинематограф!

Долго ворочаюсь в постели, слышу, как возвращаются родители. Но брата всё нет.

Решаю, что точно не буду о нём думаю и заставляю себя заснуть.

На следующий день Даня всё также не объявляется.

Отец подвозит меня в колледж. Душу раздирает странное волнение.

— Пап, а Дани ночью не было? — спрашиваю.

— Нет, — отец уже мыслями весь в работе.

— И ты считаешь, это нормально, что он ночами не приходит?

— Он уже взрослый, — папа снова отвлекается на телефон. — Пусть сам решает.

— Пап, за рулём нельзя переписываться, — буркаю.

— Да, ты права, — он поворачивается ко мне и улыбается. — Прости, солнышко.

— А если бы я не приходила ночевать? — зачем-то продолжаю этот разговор. При мыслях о том, где, а главное, с кем, Даня провёл эту ночь, у меня внутри всё переворачивается. Не хочу лезть в его жизнь! Просто не имею права это делать! Но… отвратительная ревность разъедает душу…

— Ты же девочка, — отец ерошит мои волосы. — Тебе опасно по ночам уходить!

Недовольно складываю руки на груди. Ну что за сексизм? Значит, ему можно, а мне — нет?

Наверное, я бы так и продолжила спорить с отцом, если бы он не объявил мне:

— Приехали!

Папа чмокает меня в щёку, и я выхожу из машины.

— Пап, хорошо вам с мамой отдохнуть, — улыбаюсь ему на прощание.

— Спасибо, детка, — он кивает. — А тебе хорошего дня!

Машу ему рукой, а потом поворачиваюсь в сторону главного корпуса, как вдруг…

Замечаю вдалеке маячащую возле входа фигуру. Невысокий парень с букетом цветов замечает меня и машет.

Хм… Илья?

Что он тут забыл?

Глава 26

Полина

— И что ты тут забыл? — раздражение, что плещет через край ещё с самого утра, теперь перекидывается на Илью.

Вот смотрю на него, а внутри даже не ёкнет. Так странно, что ещё совсем недавно я думала, что он — любовь всей моей жизни. Теперь-то я понимаю, что Илья был банальным юношеским увлечением. Как бы мне хотелось, чтобы и с Даней было также. Чтобы я однажды проснулась, посмотрела на него, а внутри — полный штиль!

— Поль, давай помиримся, а? — заглядывает мне в глаза как побитая собака. — Я так виноват перед тобой, мне самому тошно. Ты, наверное, тоже переживаешь, не хочу, чтобы ты страдала…

Я даже удержаться от усмешки не могу. Страдала? Да, я страдаю. Но причина моих страданий — совсем не ты!

— Вот, держи, — протягивает мне элегантный букет алых роз. — Давай начнём всё с начала?

Прикрываю глаза. Понимаю, что не Илья причина моего плохого настроения. А, значит, и срывать на нём гнев, как минимум, неправильно.