Мне к лицу даже смерть

– Представляю, как ты надрывался, чтобы тебя услышали, – место у нас шумное.

– Это точно. У меня до сих пор голосовые связки болят. А что мне оставалось делать? Открыл случайно холодильник, гляжу – самогонка стоит. Я как-то раньше никогда ею не баловался. Я в основном дорогие напитки пью. Но, за отсутствием чего-нибудь лучшего, пришлось выпить это. Затем отключился, ничего не помню. Ты уж извини. Я очень сильно за тебя переживал. Нервы сдали!

– Хорошо же ты переживал! Нажрался как сволочь, а мне самой выкручивайся! Я надеялась, что ты ко мне на помощь придешь, да только от тебя помощи черта с два дождешься! Самогонку вылакал.

Как я теперь Таньке в глаза посмотрю, она же кому-то подарить обещала!

– Скажи ей, что от такой гадости можно смело отправиться на тот свет. Пусть ваша баба Люба сама свою отраву хлещет, а других не поит!

– Все остальные напитки нам не по карману, а праздников в году целая куча. Не отметишь – жалко. Хорошо хоть больные иногда отстегивают при выписке. Ты ведь тоже Петровичу коньяк подарил.

– Вы же медики, вам по рангу положено пить медицинский спирт, а не самогонку хлестать.

– С медицинским спиртом у нас напряженка.

Его анестезиологи глушат в таких количествах, что больным приходится уколы с сухой ваткой делать.

– Если бы я знал, что у вас одни алкаши работают, в жизни бы не пошел к вам свое драгоценное яйцо лечить.

– Тоже мне, нашел драгоценное яйцо! Можно подумать, оно у тебя золотое!

– Золотое не золотое, а чего-то стоит, бабы не жаловались.

– Да если бы не наша больница, ты бы так и не узнал, что болеешь спидом. Сгорел бы как свечка, даже не догадываясь, в чем причина. Так хоть лекарством подпитываешься. Все ж дольше проживешь, чем тебе отпущено.

– Лучше бы я ничего не знал, – задумчиво произнес Илья. – Ладно, Машка, не злись. Я тебе вместо самогонки несколько бутылок “Хеннесси” куплю, обещаю. Придешь в свою больницу как крутая. Выкатишь бутылки на стол и скажешь: “Смотри, баба Люба, что нужно пить! А ты нас этим мерзким пойлом спаиваешь! Учись, пока я жива”. Представь, как твои алкаши одуреют!

Илья внимательно посмотрел на меня и тихо спросил:

– Машка, а ты что поцарапанная такая, ей-Богу? Щека разодрана. Ты хоть на себя в зеркало-то смотрела? А это что? – Он перевел взгляд на розы и замотал головой.

 – Откуда эти цветы? Их раньше тут не было.

– Шла по дороге, смотрю – букет лежит. Я и подняла, уж больно красивые. Понюхай, как пахнут.

– Где подобрала-то?

– В коттеджном поселке. У дома, где раньше жил Валет – Ладно, Машка, хватит заливать, лучше скажи, ты нашла деньги?"

"– Как я могу их найти? Ты же прекрасно знаешь, что я никогда раньше не была в этом доме.

– Почему же тебя отпустили?

– А некому было задерживать. Серега с Павлухой мертвы. Остался один Батон.