Много шума из косметички

– Сейчас узнаю, может, есть кто свободный, – смягчилась девица и заорала оглушительно:

– Маша-а!

Никто не отозвался, зато в холл вышла женщина средних лет и отчитала администраторшу:

– Сандра, сколько раз тебе говорить – не смей орать! Этак ты всех клиентов распугаешь! Вы, женщина, что хотели?

Вера порадовалась, что назвали уже не теткой, а женщиной.

– Мне к племяннице на свадьбу, – выдала она прежнюю заготовку, – голову хоть в порядок привести…

– Сама вас подстригу и уложу, – ответила хозяйка салона, – и маникюр сделайте обязательно, и брови… Только чуть позже…

– Хорошо, я пока кофе выпью…

Вера остановилась перед стойкой с пирожными и сглотнула слюну. Захотелось сладкого, и чтобы кофе крепкий, со сливками… Нет, сливок не надо, молоко надоело – сил нет…

Весь этот год она питалась картошкой и простоквашей, творог Федор велел готовить только на продажу. Ну, еще зелень с огорода и лесные ягоды. Может, и полезная пища, но как надоело все…

В поселковом магазине Вера покупала только хлеб, дешевые вонючие папиросы и фиолетовую копченую колбасу, невыносимо пахнущую чесноком. Как-то Федор увидел у Веры в сумке горсть карамелек, которые продавщица дала на сдачу. Наслушалась она мата тогда…

Сейчас безумно захотелось сладкого – до дрожи просто.

– Мне вон то пирожное и вон то… – Вера постаралась не показать своего аппетита, – и еще кофе…

Хотелось проглотить все сразу, потому что она не ела с прошлого вечера. Усилием воли Вера заставила себя есть медленно.

Волосы подстригли коротко и уложили вполне прилично.

– Надо себя беречь, – приговаривала мастер, – нервничаете много, не высыпаетесь, неприятности у вас? По волосам все видно…

Вера отдалась ласковым рукам мастера и расслабилась. Захотелось холить и лелеять свое тело, расслабляться в СПА-салонах, пройти все мыслимые процедуры. Как она раньше это все любила! Как давно все это было!

Она тут же одернула себя – размечталась. Совершенно непонятно, что с ней было и что будет, у нее нет ни крова над головой, ни работы. И если правда, что под ее именем погибла какая-то женщина, то у нее, Веры, нет никаких прав. Собственно говоря, она вообще не существует. Ей нужно встретиться с Кириллом, только он может свидетельствовать, что она – Вера Дроздова, его жена.

Оставалось еще немного времени, она потратила его на то, чтобы купить приличную сумку – итальянскую, со скидкой, а то не дело это – таскать без малого двести тысяч в полиэтиленовом пакете. Еще она зашла в отдел белья, где с удивлением обнаружила, что бюстгальтер прежнего размера безбожно велик. Она сильно похудела от тяжелой работы, плохого питания и безрадостной жизни."

"Вере не терпелось увидеть мужа, не терпелось услышать его голос, заглянуть в его глаза.