Мой бывший темный

Подошла к шкафчику, в котором лежали несколько бутылок с алкоголем, подаренных на работе. Достала самый крепкий. Налила прямо в кружку.

Если уж решила, что все равно аборт делать… Поднесла кружку ко рту и тут же скривилась от резкого запаха.

Господи, что она делает?

Поспешно вылила все в раковину, при этом рука дрогнула, и часть пролилась футболку.

Выругавшись, поспешно все вытерла и убрала бутылку обратно в шкафчик.

Ведь это еще не дети, просто две точки на экране монитора аппарата УЗИ…

А с такими, как тот мужчина, от которого она беременна, вообще лучше не иметь ничего общего, а уж тем более детей. Черт дернул с ним связаться! Всю процедуру нужно будет делать тайно, чтобы он не узнал. Может, даже в другом городе…

А потом жить как ни в чем не бывало.

Не в силах сдержать эмоции, смахнула с глаз набежавшие слезы и набрала номер телефона лучшей подруги Светки.

Ну, как лучшей… За всё время работы в театре она толком не смогла наладить дружеских отношений. Девчонки хоть друг другу и улыбались, спиной старались не поворачиваться. Не хотели получить в неё пару ножей. А может просто сами держали за спиной по острому лезвию.

А Света в отличие от них была доброй, отзывчивой и простой в общении. И Ирине казалось, что той тоже чужда вся эта конкуренция и снобизм. Поэтому ничего удивительного, что они друг к другу тянулись.

– Беременна?! – буквально проорала Светлана в трубку, когда Ира поделилась новостью. И это та еще про двойню ничего не сказала. – От Германа Игнатьевича?! Так у вас все-таки было?!

Показалось, или в голосе Светы проскользнула какая-то обида? Видимо, считает, что подруга должна была сразу все рассказать.

– И что ты делать планируешь?

– Что-то… аборт! – зло огрызнулась Ира, сама не понимая, почему так задели ее слова о планах на будущее. – А у меня еще варианты есть?!

– Сейчас вызову такси и приеду к тебе! – ее тон моментально стал деловым, и Ира отбросила лишние мысли.

Где-то через час в дверь позвонили, и хозяйка поспешила открыть.

Но когда подошла к створке, та вдруг сама собой распахнулась.

На пороге стоял Герман. Тот самый мужчина, чьих детей она сейчас носила под сердцем.

Откуда у него ключи? Откуда он вообще знает, где она живет?

От волнения снова начало тошнить.

Он был в дорогом костюме, с легкой щетиной на лице, но при этом с таким злым и колючим взглядом, что пробирало до самых костей.

Он с легкой брезгливостью осмотрел обстановку.

– Ну здравствуй, Ира, – прошипел на грани слышимости.

Боже! Да что вообще происходит?!

– Скажи мне, радость моя. Разве я тебя не предупреждал? – его тихий голос не сулил ничего хорошего.

Ира была не из пугливых, но тут почему-то от какого-то инстинктивного страха аж дыхание перехватило. Ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Только и смотрела, как он подходит.