Мой бывший темный (СИ)

И это та еще про двойню ничего не сказала. — От Германа Игнатьевича?! Так у вас все-таки было?!

Показалось, или в голосе Светы проскользнула какая-то обида? Видимо, считает, что подруга должна была сразу все рассказать.

— И что ты делать планируешь?

— Что-то… аборт! — зло огрызнулась Ира, сама не понимая, почему так задели ее слова о планах на будущее. — А у меня еще варианты есть?!

— Сейчас вызову такси и приеду к тебе! — ее тон моментально стал деловым, и Ира отбросила лишние мысли.

Где-то через час в дверь позвонили, и хозяйка поспешила открыть.

Но когда подошла к створке, та вдруг сама собой распахнулась.

На пороге стоял Герман. Тот самый мужчина, чьих детей она сейчас носила под сердцем.

Откуда у него ключи? Откуда он вообще знает, где она живет?

От волнения снова начало тошнить.

Он был в дорогом костюме, с легкой щетиной на лице, но при этом с таким злым и колючим взглядом, что пробирало до самых костей.

Он с легкой брезгливостью осмотрел обстановку.

— Ну здравствуй, Ира, — прошипел на грани слышимости.

Боже! Да что вообще происходит?!

— Скажи мне, радость моя. Разве я тебя не предупреждал? — его тихий голос не сулил ничего хорошего.

Ира была не из пугливых, но тут почему-то от какого-то инстинктивного страха аж дыхание перехватило. Ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Только и смотрела, как он подходит. Медленно, шаг за шагом.

Когда между нами осталось не больше полуметра, он поморщился.

— От тебя воняет. Ты что, пила?

Ира отрицательно помотала головой, но по лицу было видно, что он не поверил.

— Знаешь, я пытался уважать твои желания. Я смирился с тем, что ты не хочешь иметь со мной ничего общего. Но теперь кое-что изменилось. Я не позволю тебе угробить моего ребенка.

Это Светка ему рассказала? Вот стерва! Змея!!

От нахлынувших эмоций и обиды Ира наконец отмерла.

— Это все не дает тебе права вот так ко мне вламываться! — уверенно произнесла она, хватая первое, что попало под руку, в качестве орудия защиты.

Это оказалась расческа, но, ничуть не смутившись, замахала ей перед его лицом.

— И вообще, ты меня пугаешь! Только попробуй что-нибудь сделать!

Глаза его на мгновение как-то странно сверкнули, но, возможно, это просто освещение сыграло злую шутку. Он медленно вдохнул, затем выдохнул. В какой-то момент показалось, что он сейчас ударит, но вместо этого Герман заговорил уже более спокойным тоном.

— Сколько ты хочешь? Миллион? Два? Просто выноси, роди ребенка, и я исчезну из твоей жизни вместе с ним. Ты получишь лучшие партии во всех постановках. Я договорюсь, что тебя примут в Большой. Ты ведь мечтаешь об этом? Стать знаменитой. Объехать весь мир…

— Я добьюсь всего, чего хочу, своим талантом. Так что мой ответ — нет. А теперь, пожалуйста, выйди из моей квартиры. Что делать с детьми, я решу сама.