Мой чужой король

— Никому не говори, — сказала резче, чем планировала. И уже без всякого почтения, потому как приняла, как своего. Не полюбила, но приняла — в благодарность за новости и его постоянную готовность быть на стороне Эгиля даже когда тот не хочет, — Воины все здесь нужны, ни к чему вести их на бой неизвестно куда и неизвестно с кем… И вообще уводить отсюда — единственного нашего дома.

— Да таких домов можно сделать…

— А мне этот нравится.

— Хорошо. Даже охранителю твоему бывшему не скажу ничего, — чуть насмешливо кивнул беловолосый. И он принял, раз забыл про почтение, оставив уважение только.

— И отговаривать не будешь? И не запрешь? — всмотрелась в него.

— Не выйдет ведь, — вздохнул и покачал головой, — Что бы я ни сказал — не выйдет… Его ведь искать пойдешь, как он бы пошел искать тебя. Ну и я с тобой отправлюсь… с тобой и погибну, ежели чего. Или приму справедливую смерть от руки брата, если ты первая… Но этого не произойдет! Никто не умрет.

— И Ворон тоже жив! — прорычала, будто Скьельд мне возражал.

Кивнул. А я пожаловалась:

— Кости никакого направления, где может быть Эгиль, не показали. Уж сколько я их на карту Севера бросала — все разное явили.

— Требуха тоже молчит.

Почувствовала невольную тошноту. Этот ритуал вызывал у меня искреннее омерзение — но сейчас я была рада, что обряд провели. И без меня. Вспороли брюхо нескольким молодым животным, чтобы по кишкам понять направление…

— Может с годи посоветоваться? Медлить больше нельзя — сегодня же ночью отправимся на поиски моего мужа. Но так не хочется потратить время и выбрать не то направление. Он ведь навстречу чужакам пошел — ослабленный или нет, но в этом я уверена. Всегда король своего Севера.

— Так старец уже приходил ко мне, — с готовностью откликнулся мужчина. — Долго смотрел на меня своими выцветшими глазами и вдруг сообщил, что наш мир — живое существо. Наполненное мыслями и их отголосками, звуком и их эхом. Как будто я и так этого не знаю. Лучше бы подсказал, как услышать эти мысли! Это светлые альвы в горах погружаются в мир теней по первому требованию, но даже сильным колдунам требуется для этого…

Он запнулся, глядя на меня пристально.

— …сны.

Жаль, только сплю я последние седмицы не сплю. И травы почти не употребляю для сна, боясь навредить тому или той, кто доверился нам с Эгилем достаточно, чтобы пожелать своего появления именно сейчас.

— А если наведенное? — откликается чуть замедленно хрустальный. — Твой камень против моего, твое колдовство вместе с моим, твое пламя и мой лед…

Услышь нас кто посторонний, подумал бы, что здесь творится что-то непотребное.