Мой личный ангел

Потому что не видела в этом особой опасности. Как оказалось, я ошиблась. Но не в них с Игнатом, а в чем-то другом, что и привело к трагедии.

— Значит, в вину Игната вы не верите?

— Не верю. И постоянно всем говорю. Знаю, некоторые из-за этого считают меня выжившей из ума, — поджала она губы.

— Можно услышать вашу характеристику Игната? — поинтересовалась я.

Марина Владимировна пролистала страницы и кивнула.

— Вот она. ""Мальчик сложный, с характером. Интереса к учебе нет. Но особых проблем не жду. Конфликтов не боится, но сам их не провоцирует. Прямой, козни не строит. Проблемы в семье.""

— Очень похоже, насколько я могу судить. Про проблемы в семье не расскажете подробнее?

— Его отец пил. Я как-то увидела синяки у Игната и пожаловалась нашему участковому Василию Дмитриевичу, отцу Пашки. Знаю, тот проводил с мужчиной беседы. Но, по-моему, без толку. Я уже думала о серьезных мерах, но тут отец Игната погиб, утонул в реке.

— Понятно, — пробормотала я, ожидая упоминаний о возможной вине в этой смерти матери Игната. Но их не последовало. Тогда я перешла к следующей теме: — Давайте теперь вспомним день трагедии. Как прошел выпускной в школе? И что было после него?

— Я хорошо все помню, — медленно кивнула женщина. — Тогда пришлось много со следователями говорить. Да и не только с ними. Несколько лет эту тему регулярно в городе обсуждали. Ну и кроме того, подобных страшных происшествий за время моей работы больше не случалось. Сам выпускной прошел спокойно, что называется, ничего не предвещало. Мальчишки, конечно, спиртное в школу пронесли, как мы ни старались. Но в целом обошлось без эксцессов. Знаю, что после праздника все гулять по городу пошли. Я в эту ночь вместе с добровольными дружинниками около школы дежурила. Но у нас все было тихо. А утром как раз стало известно, что Люба пропала. А потом уже и о побеге.

— Вы о нем не догадывались?

— Абсолютно! Но когда узнала, не удивилась. Я даже больше скажу: почти уверена, инициатором побега была девочка.

— Почему? — хоть я и знала, что она права, были интересны ее объяснения.

— Игнат крепко стоял на ногах и довольствовался тем, что имел. Отец умер, мальчик работать пошел, матери помогал. А Люба всегда хотела большего. Это и по учебе было видно. Но она никогда не бунтовала, предпочитала искать обходные пути.

— У вас есть предположения, что с ней случилось? Вы сами кого-нибудь подозревали? Раз уж в вину Игната не верите.

— Ну откуда ж я знаю? Мы с Пашкой много об этом говорили. Он мне все про Игната, а я свои резоны приводила. Но подозревать — никого не подозревала. Нет у меня для этого оснований.

— Кстати, по поводу Павла Васильевича. Не знаете, какие у него причины не любить Игната? Люба?

— Почему Люба? Между ними, вроде, ничего не было.