Мой личный ангел

Дальше было слышно, как хлопнула дверь, а потом наступила полная тишина. Никаких шагов, стука или подзывания хозяев. Убрав тарелку в раковину, я отправилась встречать гостя. Открыла калитку и увидела чуть в стороне Павла Васильевича. Он стоял и со странным выражением лица смотрел на меня. А потом я опустила голову и заметила на асфальте потеки красной краски.

В это время распахнулись соседские ворота, и на улицу выглянул Игнат. Он тоже увидел пятна краски на земле. Мы с ним почти одновременно отошли ближе к дороге и повернулись. Забор Игната украшала все та же надпись ""Убийца"". Мой забор, а точнее, собственность Алевтины Егоровны, расписали затейливее.

Сверху красовалось слово ""Шлюха"", а внизу вывели ""вали из города"".

Игнат подошел ближе. Его лицо было бледным и напряженным. Участковый все также стоял у забора, что-то обдумывая.

— Почему шлюха-то? — вдруг озадаченно произнес он, словно это все, что его сейчас волновало.

— Наверное, намекают на вторую древнейшую, — пожала я плечами. — Только причем здесь писатели?

Павел Васильевич снова замолчал. А я решила, что обоих мужчин пора привести в чувство.

— Так, — громко обратилась к Игнату. — Тащи две кисти. Надо срочно это убрать, пока Алевтина Егоровна не увидела. Боюсь, тогда мне придется искать новое жилье.

Игнат кивнул и направился к дому. В это время участковый наконец отмер и крикнул ему в спину:

— Неси три кисти, — хмуро взглянул на меня и добавил: — В багажнике рабочая одежда валяется. Как раз подойдет для такого случая.

Через пять минут, облачившись в подходящую одежду мы втроем занялись малярным делом. Мы с Игнатом сосредоточились на его заборе, потому что он занимал значительно большую площадь. Павел Васильевич спасал собственность Алевтины Егоровны. Закончили мы почти одновременно. Вернув кисти и банку краски, участковый сказал мне:

— Я отъеду ненадолго. Вернусь через час-полтора. Не выходите пока никуда из дома, — потом прямо в рабочей одежде залез в машину и отчалил. Я повернулась к Игнату.

— Зайдешь ко мне?

— Хорошо, — кивнул он. — Только переоденусь.

Оставив открытой калитку, я вернулась в дом и тоже сменила испачканный в краске спортивный костюм на джинсы и футболку. Затем отправилась на кухню и включила чайник. Через несколько минут ко мне присоединился Игнат. Все время, что я доставала чашки и готовила бутерброды, он сидел за столом с хмурым лицом и о чем-то размышлял. Я опустилась на стул напротив него и сказала:

— Давай не будем впадать в панику. Мы примерно такое и ожидали. Ты же сам говорил, что рано или поздно это случится.

— Я помню, что говорил, — мрачно отозвался собеседник. — А еще говорил, что меня это больше всего беспокоит. И что мы теперь будем делать?

— Продолжать, что начали, конечно.