Мой личный ангел

Павел еще какое-то время сидел в задумчивости, барабаня пальцами по столу, потом вдруг спросил:

— Сколько еще это ваше расследование будет тянуться? Уезжали бы вы оба отсюда. Мне сразу гораздо спокойней станет.

— Это ты ей скажи, — раздраженно ответил Игнат, кивнув в мою сторону. — Я уже предлагал. Только у нее упрямства на десятерых.

— Ага, а кто тут уже одиннадцать лет живет, как она выразилась ""в аду"" и не собирается съезжать?

— Ты-то чего так хочешь меня спровадить? — с усмешкой уточнил Игнат.

— Так я вроде и не скрываю, что пекусь о своем здоровье. Без вас у меня в разы будет меньше головной боли.

— Как раз по поводу расследования, — решила я немного разрядить обстановку. — Что там с Олегом?

— Все в порядке. Он готов завтра пересечься с тобой в городе. Я дал ему твой телефон. Утром позвонит, и вы договоритесь о времени. А ты не забудь сообщить об этом мне.

— Проследи, чтобы с ней все было в порядке, — хмуро попросил Игнат.

— А то, — огрызнулся Павел. — Я и сам соображаю.

— Подождите, — заволновалась я. — Мне нужна доверительная обстановка. Не надо никакой слежки. Если он ее засечет, ничего интересного не скажет.

— Не бойся, я аккуратно, — ""успокоил"" меня участковый. Посидел немного, хмуря брови и произнес: — Я тут вот что подумал: пора в отцовском доме порядок навести. Так что на днях я туда перееду и поживу какое-то время. Опять же, к вам поближе буду. — Мы с Игнатом оба изумленно уставились на него. А он поднялся, шагнул к двери и добавил: — Ладно, я пошел. А вы смотрите, не пристрелите никого до завтра.

Павел ушел, я сходила и закрыла за ним калитку. Вернулась к Игнату и озадаченно спросила:

— Как думаешь, он серьезно? И чем нам это грозит?

— Там увидим. Наш участковый любит сюрпризы.

Игнат поднялся из-за стола и резко остановился. Я заметила, как исказилось от боли его лицо. Быстро шагнула к шкафу, достала лекарство и подала ему. На этот раз он не отказался и сразу проглотил таблетку."

"— Пойдем в зал, расскажу про поездку к сторожу, — предложила я. — Или хочешь прилечь? Отдохнешь, поспишь.

— Спать не хочу. Давай лучше поговорим.

Мы перешли в другую комнату. Игнат осторожно устроился на диване. Я протянула ему подушку, и он подложил ее под раненную руку. Сама опустилась на тот же диван, но с другой стороны.

— В разговоре было что-нибудь интересное? — спросил Игнат.

— Было. Сейчас услышишь, — я потянулась за телефоном. Хотя и не спрашивала разрешения у бывшего сторожа, но запись нашей беседы все же сделала. И теперь включила ее. Игнат внимательно слушал. Когда дело дошло до махорки, нахмурился, а потом вдруг побледнел и резко дернулся.

— Подожди! Я видел этот мешок.

Я тут же остановила запись и уставилась на него.

— Какой мешок? От махорки? Где? В школе? — забросала его вопросами.