Мой личный ад

Но копчиком Валькирия чуяла подвох.

— Без проблем, Стей, — как-то слишком легко поддался Кеннет.

Он, конечно, как никто другой, знал, насколько важны для Хелл танцы. Но учитывая его недотраханное состояние…

— Разбуди, если усну, — шепнул Ястреб ей на ухо, чуть куснув.

Хелл ойкнула, вздрогнула, улыбнулась.

— Обязательно, — ответила она, не без сожаления провожая глазами его спину до дверей.

Обернувшись к Старшей, Хельга дружелюбно улыбнулась, но не встретила ответной любезности.

— Пойдем со мной, — только и сказала Стейна.

Хелл напряглась, понимая, что чутье ее не подвело, и милой болтовней о новых песнях и танцах она вряд ли отделается.

— Я видела, как ты выходила из туалета, завязывая платье, а Бен появился следом, заправляя рубашку в штаны, — выпалила Стейна, едва ли дождавшись, когда дверь за ними закроется.

Хелл нацепила на лицо циничную гримасу невозмутимости, хмыкнула:

— И что?

— Спишь с Беном, значит? Давно?

— Я не собираюсь перед тобой исповедоваться, — Хелл скрестила руки на груди.

— Чуть больше уважения, девочка.

— Или что? Кену расскажешь?

— Хельга… — начала Стей, но лишь раздражённо выдохнула, а потом сказала совсем не то, что собиралась. — Хелл, ты мне нравишься, правда. Ну насколько может нравиться кто-то из Питера. Кеннет с тобой изменился, и отношения столиц стали намного теплее благодаря тебе.

— Не заливай, Стей, — фыркнула Хелл, продолжая держать иглы торчком.

— Думай, что хочешь, но я ценю все, что ты делаешь. Я даже могла бы притвориться, что у вас с Бенедиктом было минутное помутнение рассудка, если бы это не грозило перечеркнуть все, чего мы достигли за год его отсутствия.

— Бла-бла-бла, — закатила глаза Валькирия.

— Очень зрело, Хелл.

— Чего ты хочешь, Стейна?

— Я хочу мира, хотя бы такого худого, как сейчас. Но он всегда будет лучше доброй ссоры, которую ты затеваешь.

— Не хочу я никаких ссор. Мне плевать на ваши интриги, — искренне возмутилась Хельга.

— Я рада, если это так. Но твои… хм… милые шалости — это дорога в ад. Ты не застала противостояния Бена и Кеннета, настоящего противостояния, а не тех острот, которыми они тешатся сейчас.

— Не узнает, если ты не доложишь.

— Не доложу. Но ему обязательно доложит кто-то другой, если ты не прекратишь сношаться с Беном где попало.

Стейна сделала паузу, видимо, ожидая, что Хелл пообещает если не прекратить, то хотя бы быть осторожнее. Но та упрямо молчала.

И Стейне пришлось повысить голос:

— Черт, услышь меня наконец. Я достаточно знаю тебя и Бена, чтобы понимать, вы двое знакомы задолго до пира. Он узнал тебя, едва увидел вдалеке. Ты знаешь его любимое место для тренировок.