Мой любимый тиран

Он вот уже полчаса сидел на скрытом от посторонних глаз балконе ночного клуба и буравил мрачным взглядом уже почти пустую бутылку виски, стоящую на столе. Его компаньон по застолью, а по совместительству, лучший друг Михаил, чувствовал себя немногим лучше.

Шестнадцатилетняя дочь Михаила, Оксана, на днях отчебучила невероятное! Девочка заявила, что влюблена и собирается замуж. К сожалению, от шока, родители слишком бурно отреагировали на нежданную новость. Поэтому «невеста» наотрез отказалась посвящать «предков» в детали.

Так что теперь, по настоянию супруги, Миша вынужденно напивался в клубе, заручившись поддержкой и ушами приятеля при выполнении этого довольно обременительного поручения. Вера же, как мудрая мать, должна была в это время попытаться разговорить смутьянку, проведя доверительный разговор а ля «между нами, девочками»…

- И вот как мне теперь с ней говорить, Кость? – Миша очнулся от созерцания этикетки, - Может быть всыпать ремня? Честно говоря, я в этом не силён, но, похоже, настало время учиться…

- Я думаю, надо поговорить с «женихом». Как думаешь, Верке удастся выяснить, что это, вообще, за придурок? Поговорим с ним по-мужски. Разъясним пацану, как он так сильно папу обидел! Заодно, и с его отцом надо бы пообщаться. Шестнадцать, Миш, это ж не двадцать пять! Что это ещё тут за «дочки-матери-ремейк»?! Он там, вообще, соображает?!

Михаил удручённо плеснул себе новую порцию виски и, не закусывая, залпом осушил стакан.

- Вот-вот! – поддержал он друга, - В двадцать пять у женщин просыпается разум! А в шестнадцать что? Только гормоны! Я этому хмырю Ксюху свою не отдам! Пусть губёшку закатает! Выискался!...

- И вообще! У нас возраст согласия со скольки? Я, как-то совсем не в теме. Будем угрожать, что посадим за совращение! Она ж ещё абсолютная девочка-девочка!

- В том-то и дело, - Миша удручённо вздохнул, - она уже вполне… ну… может соглашаться. Это брак с восемнадцати. А согласия раздавать, типа, уже может… Я ж сразу же кинулся уголовный кодекс шерстить! Ну, и для себя, конечно, присмотрел там пару статей… Прощупал, так сказать, почву, чтоб строить дальнейшие планы…"

"- Я не понял? – Константин тоже махнул очередную порцию вискаря и вытер губы салфеткой, - что за такие законы? Брак – с восемнадцати, а трахаться… Это, вроде как, два года на репетиции даётся? Дескать, отшлифовать мастерство?!

- Вот и я офигел! Ощущение, что законы писал женоненавистник! У них там что? Вообще ни у кого дочерей нет?! Какое-то прям подозрительно-неоправданное скотство!..

Друзья снова замолчали, углубившись в размышления о несправедливости бытия. Константин был крёстным отцом дочери друга и всегда воспринимал Ксюшу, как маленькую принцессу. У него в голове не укладывалось: как же так?!..

Он перевёл взгляд вниз на танцпол.