Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Резидент обязан был передать тюки с образцами, которые, естественно, подменили, однако в самолёте что-то заподозрили, и он, едва закончив посадочный пробег по гравийной береговой полосе, резко пошёл на взлёт, вследствие чего пришлось применить пулемёты. Самолёт подбили на взлётной скорости, поэтому он докатился до лиственничного леса, опрокинулся и загорелся (на борту был большой запас топлива). Тушить водой оказалось бесполезно, но из кабины выползли два факела — пилот и один пассажир, штурман и второй пассажир сгорели. Японский лётчик вскоре скончался от ожогов, а вот немец-пассажир отделался довольно легко — обгорело лицо, голова и руки.

Поиграть с разведчиками советских недр не удалось, однако в «Абендвайсе» это был первый серьёзный провал, который и обнаружил группу и после которого израненный штандартенфюрер фон Шнакенбург её возглавил. Из тех архивных материалов, которые дожили до девяносто четвёртого и, судя по логическим «дырам», претерпели не один набег «бумажных жучков», невозможно было понять, чем конкретно занимался и что искал «Абендвайс».

Мало того, даже приблизительно не указывалось конкретное место, интересующее немцев, ни с нашей стороны, ни с их, и в оперативных бумагах НКВД таинственная территория назвалась квадратом 1441.

Можно было лишь догадываться: коль скоро фигурируют горы и лиственничный лес, значит, дело происходило не в степи, а скорее где-то в северной полосе СССР. И если в этом квадрате действуют японцы и их авиация, значит, находится он за Уралом, в Сибири или на Дальнем Востоке. А коль скоро «Абендвайс» существовал непосредственно под личной опекой Рудольфа Гесса, значит, квадрат 1441 представлял для рейха особо важный национальный и идеологический интерес.

Но что может быть общего у европейской Германии с Востоком, кроме союзнических отношений с Японией? Если какие-нибудь магические, оккультные дела, чем весьма определённо увлекались идеологи фашизма, то Гесс направился бы в Индию, в Гималаи и на Тибет, где уже побывали их люди и откуда взяли для своего движения практически всю символику, от свастики до приветствия вытянутой вперёд рукой.

И уж никак бы не собирали камешки и не брали бы пробы грунта. А они это делали, причём с потрясающей настойчивостью.

После инцидента с японским самолётом квадрат 1441 наши взяли под полный негласный и усиленный контроль, что само по себе уже странно. Нет ни военных объектов, ни воинских частей, как указывается в архивных документах (кстати, а на Дальнем Востоке они есть!) — только горы, упоминается лес, и никаких деревень.