Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Зимогор буквально влип в телевизор, однако ничего нового пока не услышал — наоборот, получил лишь подтверждения предсказаниям горно-алтайского пахана: представитель Центра управления что-то мямлил о несогласованности сторон, специалисты — об отсталой технологии и старости космодрома, политики осуждали амбиции Казахстана, а телекомментатор — совершенно мерзкий, небрито-осклизлый, будто салом намазанный тип поносил советскую систему, Брежнева, Королёва и даже Юрия Гагарина. И за пять минут экранного времени раз тридцать произнёс слово — задница…

Правда, вскользь, сквозь зубы, всё-таки прозвучало, что произошло зависание всей компьютерной сети ЦУПа, только что смонтированной американцами.

Для себя Зимогор отметил, что никогда ещё в жизни не следил так внимательно за событиями в мире; он, этот мир, существовал как бы сам по себе, мало трогая мысли и чувства. Тут же просидел до утра, вполуха слушая «вражеские голоса», вполглаза глядя в телевизор. Неудачу в Байконуре определённо замалчивали или уже предали забвению! И ничего не прогнозировали — значит, и за кордоном получили команду не раздувать: компьютеры-то зависли американские!

Так что можно возвращаться в Москву, идти на работу, хотя бы для того, чтобы получить расчёт и трудовую книжку.

И в самом деле, не уговаривать же Аквилонова отступиться от Алтая, отказаться от выгодного заказа, например, в пользу Мамонта…

Местный ясновидец был лёгок на помине. Как и в прошлый раз, он был спокойным, усталым, хотя день лишь начинался, и на лице его не видно было никакого торжества. Он снова посмотрел в глаза Зимогору и сел верхом на стул.

— Послушай, Зимогор, а если нам забыть прежнее противостояние и поговорить по-дружески, — вдруг без всяких прелюдий предложил он и достал из кармана чётки с камушками, напоминающими ягоды шиповника.

 — Ты проиграл. И впредь я буду обставлять тебя без особого труда, но не хочу этого. Не вижу смысла дальнейшей игры. И никаких ультиматумов больше. Предлагаю сотрудничество.

— Сотрудничество в чём? — насторожился Олег.

— Для начала, допустим, некоторый обмен информацией. У тебя же есть вопросы, ответов на которые ты никак не можешь получить. И не получишь.

— Неравный брак, — усмехнулся Зимогор, — Мне уже можно вставать, доктор?

— У нас очень много точек соприкосновения.

— Переиграешь. Я просто геолог, а ты — профессиональный комбинатор. Куда мне с моим опытом?

Мамонт не придал словам Зимогора никакого значения, будто ничего не слышал.

— Всякая игра имеет смысл, пока перед собой видишь соперника. В данный момент причин для соперничества нет.

— Да, уже нет. Ступени действительно не падают на Манораю, потому что отменяют запуски. По условиям спора я обязан ехать в Москву и откручивать голову начальнику экспедиции.