Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Это не много, справимся…

Шелестящий, призрачный голос заполнял всё пространство, насыщал его, будто невесомая и неподвижная пыль в свете ночного солнца, не тревожа, не трогая слуха, вдыхался вместе с воздухом и, как кислород, усваивался в кровь:

— Всё будет хорошо… Человек, идущий по узкому пути, ищет света… Кандидаты испытываются посвящёнными… Новый континент поднимается из океана…

— Мне рано бежать, — Опарин зажал свои чувства. — Если уж попал сюда, надо изучить опыт…

— Да тут же через три недели лето кончится! А бежать надо, пока снег не выпал!.. И пока мозги не съехали.

Из последних сил держусь… Всё происходит незаметно, как только потерял контроль над собой — всё, ты уже Белый Брат. — Безбожко скрипнул зубами. — У них здорово методика отработана, мозги отмораживают на счёт раз…

— Кто этим занимается?

— Продвинутые. Особая каста. — Он тоскливо выматерился. — Есть такая порода людей, ссученных от рождения… Погоди, после подъёма придут. Каждый раз приходят, как новую группу привозят, выискивают интеллекты. У них право первой ночи.

— Находят?

— Почему нет? Находят… Не знаю, кого больше в нашем народе: ссученных или гениев.

Но ссученные гении попадаются часто. Им всё равно, что делать и на кого работать. Самые продажные твари — учёные. Видите ли, у них мозги, интеллект! Достояние общечеловеческое!.. Всё, что здесь придумано, — система содержания, воспитания, наказания… да и вообще сама идея этого долбаного общества будущего, — их ума дело! Был тут один, рядом со мной жил, жрал, спал, на долю жаловался, а продал, ублюдок, из-за одного тщеславия! Ладно бы, с голоду сдыхал… Мозги у него действительно есть. Хоть иезуитские, но есть. Я такой выход отсюда нашёл, можно было спектакль устроить этому братству и на волю рвануть — сдал… По первому ряду каждое второе стекло очень просто вынималось, аварийные выходы. Так он определил это по лишайнику!.. И вместо того чтобы разом выйти толпой из-под купола и город захватить, перед продвинутыми умом блеснул. Стёкла теперь на болты посадили…

Безбожко вдруг замолчал, и Опарину показалось, уснул. Он выбрался из-под кровати, присел у изголовья на корточки, — бывший солагерник лежал с открытыми глазами и слушал воркующий, пронизывающий сознание голос.

— Не бойся, я не сдам, — заверил Сергей. — Но пойми ты, я должен разобраться и понять, что создали здесь братья Беленькие.

— Что за народ? Сам себе кандалы куёт и радуется, — проговорил Безбожко, скорее, для себя. — Перед тобой вот рот раскрыл, а ведь гарантии никакой. Ты тоже из продвинутых… Да наплевать. Спокойный стал — вырвусь отсюда или нет, всё равно… Но душу мутит — не с кем на волю бежать.

…Подъём сыграли через четверть часа, поздравили с наступлением нового трудового дня.