Сокровища Валькирии. Книги 1-7

– Сама сказала – псевдоним?

– Нет! Ну неужели вы подумали, будто мы не знаем ее настоящего имени? Ее зовут Юлия, верно? И жена она вам только по легенде.

«Адвокат» сделал длинную паузу – чтобы он смог переварить информацию и понять, с кем имеет дело.

– Умница, – похвалил Марат.

Впервые у него появилась реальная надежда, что Роксана в самом деле находится на яхте партнеров. И скорее всего, под давлением либо под воздействием спецсредств проговорилась.

Или уж тогда крыша в технопарке Осколково течет по полной программе…

Безумным, беспомощным состоянием Роксаны, несмотря на ее ясновидение, могли воспользоваться дважды: сначала герцогиня Эдинбургская, выпытав всё где-то в покоях королевы, затем партнеры, заманив на яхту.

– Да, такие женщины в разведке – большая редкость, – как-то многозначительно оценил «адвокат». – Особенно в ее юном возрасте…

Он приготовился разглагольствовать на эту тему долго, но у него в кармане тревогу сыграл телефон. «Адвокат» разговаривал коротко, односложно, после чего добродушно признался:"

"– Господин Чюрайтис беспокоится… Кстати, насколько мне известно, из местных блюд вам нравится баранина в винном соусе, не так ли? Повар на яхте уже зарезал молодого ягненка. Мы сегодня отметим ваше счастливое возвращение. По русскому обычаю, с возлияниями, застольными песнями и плясками… А почему у вас на праздниках такие печальные песни и отчаянные пляски, когда нужно просто веселиться?

– Национальная черта характера, – отозвался Марат. – Загадка русской души.

– Да, хотел спросить! – спохватился «адвокат». – Разумеется, если это секрет, то можете не отвечать… Марат – это ваше настоящее имя? Или тоже псевдоним?

Это был псевдоним, впрочем как и фамилия, принятые так давно, что он редко вспоминал, как его звали на самом деле.

– Настоящее, – однако же сказал Корсаков.

– Странно звучит… Оно не русское?

– Меня назвали в честь Марата Казея.

– Кто это? Впервые слышу…

– Мальчик, Герой Советского Союза. Погиб в борьбе с фашистами.

«Адвокат» на мгновение оглянулся и, выдержав паузу, заключил:

– Это известно… Даже советские дети вели себя достаточно мужественно в борьбе с фашистами.

И видимо, посчитал, что забалтывать пассажира больше не требуется, тем более на горизонте уже показалась Каварна.

Яхта партнеров стояла среди прочих, причаленных к временному пирсу, и ничем не выделялась среди других, если не считать выспренного названия – «Одинокая». Молодцы выскочили из машины и одновременно по-холуйски открыли обе дверцы. Корсаков вышел в левую, в сторону яхты, и тут увидел, что на пирсе остановился еще один автомобиль, из которого, потягиваясь, выбрался Симаченко, а за ним – девица, что голосовала на остановке.