Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Так было сделано открытие, тоже никем не зафиксированное, — закономерности движения в пространстве шаровой молнии.

Русинов с оглядкой на баню привязал «орех» к изгороди, обмотал радиомаяк свинцовой пластиной, запечатал, замял торцы и поднёс к кристаллу. Сигнал ещё проходил, но настолько слабый, что почти не возмущал чуткий «орех». Если бы ещё немного свинца, и можно укротить «стукача» вообще. Русинов удовлетворённо спрятал кристалл в кулак, чтобы не вихлялся в воздухе, и повернулся к машине…

Пётр Григорьевич стоял метрах в пятнадцати и с любопытством наблюдал.

Увлечённый экспериментом, Русинов и не заметил, когда тут появился весёлый хозяин пасеки.

— Ну что, как баня? — чтобы скрыть чувства, спросил Русинов.

— А через часик и натопится! — сообщил Пётр Григорьевич, скрывая любопытство. — Летом-то быстро!

Русинов постарался незаметно убрать кристалл во внутренний карман куртки с замком-«молнией» и, не пряча радиомаяк, «забинтованный» свинцом, подошёл к машине. Исчезать сейчас в эфире не имело смысла, и поэтому требовалось снять свинцовый экран.

Пчеловод же не уходил — напротив, тянулся к гостю с разговорами.

— Надо бы перед баней перекусить, — проговорил Русинов. — На голодный желудок в парную нельзя.

— А вот я тебя ухой покормлю! — обрадовался Пётр Григорьевич. — Вижу, ты на крупную рыбу собрался. У меня же мелконькая, зато уже в котелке! Пошли!

— Сейчас! — откликнулся Русинов. — Рюкзак только вытащу да бельё чистое приготовлю…

Едва пасечник скрылся в избе, Русинов достал нож и разрезал свинцовый панцирь на две половины. Получился разъёмный футляр, куда можно было вставить при нужде злополучного «стукача»…

Только бы узнать, что видел, точнее, что успел увидеть глазастый пчеловод и на какую крупную рыбу намекал?

6

Русинов вошёл в крытый двор, поднялся по ступеням — изба стояла на высоком подклете — и, оглянувшись на широченную поветь, слегка обомлел.

У дверей завозни стоял новенький ярко-оранжевый дельтаплан с двигателем за пилотской кабиной. Вещь эта была здесь неуместной, нереальной, существующей автономно от дома и его хозяина. Русинов не удержался и подошёл пощупать. Красивый профиль крыла по размаху в аккурат соответствовал размеру двери, видимо, недавно расширенной. Мягкое сиденье в люльке-кабине рассчитано на двух человек и настолько притягивало, что хотелось забраться и посидеть под этим солнечным полотнищем над головой.

— Ты, случайно, летать на нём не умеешь? — Пётр Григорьевич появился опять неожиданно.

— Нет, не умею, — признался Русинов.

— Жалко… Кто ни приедет — все не умеют, — пожаловался он. — Купил вот, теперь стоит.