Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Нет, лучше уходить! Даже со скованными руками!

Он сел в «Ниву», запустил двигатель, кое-как тронулся с места. Через километр наловчился, поехал быстрее. И уж не переключался на ямах и рытвинах. И ветер, кажется, вынес мерзкое ощущение смерти…

Дорога начала петлять, огибая надолбы останцев и каменных россыпей. Скованные руки раздражали, машина не вписывалась в повороты, подминала деревца, шаркала боками о сосны. На одном зигзаге он не справился с управлением и едва не врезался в камень. Надо освобождать руки! Но как? Напильником — слишком долго, но делать нужно сейчас: если придётся бросить машину, то бежать со скованными руками по камням — самоубийство.

Он открыл бардачок — два блока спаренных магазинов с патронами, ракетница, три гранаты. Он взял одну, вывинтил запал. Его гильза вставлялась в кольцо цепи… А что будет с руками после взрыва запала? Он разорвал пробитую пулями кожу на спинке сиденья, вытащил из-под неё пласт тугой мебельной резины. Разделил её пополам, укрыл запястья рук и ладони. Затем отыскал высокий, не очень толстый пень, надел на него скованные руки, присел, спрятал голову и на ощупь, осторожно вытащил чеку. Скоба отлетела, щелчок бойка, и сразу же загорелся замедлитель.

Через пять секунд он был свободен, хотя звенело в ушах и саднило запястья. Снять браслеты нечего было и думать, придётся носить как память, пока не появится возможность распилить…"

"Он садился в машину, когда услышал в лесу глухой рёв двигателя. Его догоняли! Только, похоже, не на «Опеле». Неужели где-то добыли грузовик? Прислушавшись, он понял: у низкосидящего «Опеля» оторвался глушитель. Значит, едут не жалея машины. Да что им теперь машина? Есть искусительный стимул — пещеры, откуда можно рюкзаками выносить алмазы…

Следовало устроить завал на дороге, но чем и как? Везде можно объехать.

Прошёл бы небольшой дождь! И они бы надолго застряли, вынужденные бросить машину, и тогда можно оторваться от них. Остаётся одно — найти узкое место и делать засаду. Иначе приведёшь за собой к камню со знаком жизни…

Он ехал с оглядкой — ничего подходящего! Только примятые к земле деревья, сухие и жёсткие, как согнутый лук. И тут его осенило! Русинов пропустил между колёсами очередную жердь, скребнувшую по днищу, — её не объехать! — выскочил из машины и стал минировать дорогу.

Распустил моток изоленты на всю длину, один конец привязал к склонённому деревцу, к другому — небольшой камень. У гранаты выдернул чеку, положил на землю, прижал камнем. Как только преследователи тронут деревце бампером машины, камень отвалится, чека отлетит. Замедлитель работает до пяти секунд, поэтому взрыв прогремит либо впереди машины, либо даже под ней…

Русинов вернулся к «Ниве», сел за баранку.