Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Создавая ваш специальный отдел, я уже знал, в чьих руках находится золотой запас. А вы и ваши люди нужны были мне как раздражитель. Рано или поздно вы обязаны были почувствовать, что золото не разворовали, не растащили в карманах, что в мире существует эта вездесущая и всемогущая сила. Признаюсь, я следил за каждым вашим шагом и убеждён, что вы, Эдуард Никанорович, вышли на прямую связь с Коминтерном. И теперь выполняете его волю, особенно в последнее время. А поскольку вам было рекомендовано установить за мной наблюдение и прослушивание, я сделал вывод, что моей персоной заинтересовались.

Так ли это?

— Так, — признался полковник. — Но больше не спрашивайте ни о чём.

— Понимаю, — многозначительно проронил патрон. — Причина единственная — моё влияние на первых лиц в государстве… Эдуард Никанорович, вы могли бы постепенно вывести меня на Коминтерн? Или как там он называется?.. Организовать встречу с представителем?

— Это невозможно, — заявил Арчеладзе. — Организация, которую вы называете Коминтерном, сама избирает, с кем встречаться, с кем нет.

— Дорогой Эдуард Никанорович, а вы повлияйте! — напористо сказал патрон.

Они тоже люди и поддаются влиянию. Думаю, это у вас получится.

— Не хочу лежать в мусорном баке со струной на шее.

— У вас нет выбора, генерал. Лежать в моём предбаннике тоже не очень-то приятно, — намекнул «папа». — И Капитолина просит вас быть сговорчивее…

— Капитолина? — вздрогнул полковник.

— Да… Пока вы ищете возможность связать меня с Коминтерном, она поживёт… отдельно от вас.

— Постараюсь что-нибудь сделать, — проговорил Арчеладзе. — Но не обольщайтесь, нет никакой гарантии…

— А вы постарайтесь! — посоветовал патрон.

 — Когда нужно, вы очень изобретательный человек. Например, для меня загадка — каким образом вы умудрились подменить золотой значок у Зямщица. Но меня не интересуют секреты вашего искусства. Важен результат!

18

Стратиг глянул через плечо, нависающие брови закрывали глаза.

— Повтори.

— Не изменяй судьбы, — попросил Мамонт. — Я знаю свой рок…

— Ты знаешь свой рок? — медленно проговорил Стратиг. — Забавно слышать… Ну что же, идём!

Он вынул из-под лавки топор, попробовал лезвие пальцем и, не оглядываясь, направился к двери.

Из гостиной был ещё один выход — через парадное крыльцо, выводящее к реке. По этим коридорам и лестницам давно не ходили, кругом лежала пыль, вздымавшаяся под ногами. Стратиг отвернул массивные медные запоры и толкнул высокую створку: вечернее солнце било в глаза, на воде лежал его багровый след. По-осеннему огненный старый парк полыхал над головой.

— Смотри на солнце! — приказал Стратиг. Смотреть на солнце уже было не больно: окутанное вечереющим небом, оно утратило ослепительный свет.