Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Ты ничего не сказал.

— Никанорыч, не выгоняй меня! Я из машины не выйду!

— Ты что, заболел? У тебя мания преследования.

«Мидак» придвинулся к окну и вдруг посмотрел со злостью:

— Ты всегда такой был, Арчеладзе! Ты никогда не жалел человека. «Гогия, ты памидоры любишь? Кушать — да, а так — нэт!» И с людьми, как с помидорами…

— Я презираю мелких людей! — с ненавистью сказал полковник. — Меня тошнит от маленького человечка! Карлики создали культ карликов, Россию превратили в лилипутию! Ненавижу эту мелкую тварь!

— Но их много! — устрашился «мидак». — Их легионы! И длинные руки… Они тебя зарежут.

Или сам выпрыгнешь из окна…

Полковник молча достал из кейса протез однорукого, сунул кукиш под нос Зямщица:

— А это видел?

«Мидак» сжался, вскинул испуганные глаза — протез ему был знаком! Отпихнул его, закрылся рукой, как от наваждения.

— Зачем ты ездишь в музей художника Васильева? — спросил Арчеладзе.

— Меня заставляли! Давали нож…

— Зачем?!

— Порезать три картины, — признался Зямщиц. — А я не могу! Мне страшно! Охватывает ужас… Перед птичьим взором!

— Что же они сами не могут порезать эти картины? Или легче резать людей?

— Не знаю.

 — «Мидака» потрясывало. — Они не могут войти… Не могут перешагнуть порога! Там какая-то энергия… Тело корёжит.

В это время за дверью послышался шорох, кто-то поскрёбся. Арчеладзе открыл — бойцы тащили обездвиженного гостя.

— Что с ним? — спросил полковник, уступая дорогу.

— Пришлось отрубить паралитиком, — объяснил Кутасов. — Никак не идёт добровольно…

— Вези обоих на базу, — приказал Арчеладзе. — Допрашивать стану сам. И будь на связи. Сегодня пленэр на всю ночь…

Под воздействием нервно-паралитического газа лицо задержанного гостя Зямщица, Виталия Борисовича, исказилось в судороге; он протяжно икал, хватал ртом воздух, но даже в таком неестественном состоянии полковник узнал его.

Майор Индукаев довольно точно описал этого человека, и с его слов был составлен фоторобот.

Перед Арчеладзе на полу «рафика» лежал тот самый моложавый полковник, один из трёх организаторов подложной версии о золоте в ракетной шахте.

Арчеладзе проводил взглядом машину Кутасова и сел в свою «Волгу». Надо было вернуться в отдел и послать дежурных оперативников, чтобы установили точное местонахождение нового миссионера — Альфреда Каузерлинга.

Опасаясь прослушивания, полковник не хотел звонить по радиотелефону, однако на табло вдруг загорелась лампочка вызова.

— Товарищ генерал, только что по спецсвязи звонила Капитолина, — доложил дежурный полковник. — Она сбежала и находится сейчас в вашей квартире.

Не медля ни секунды, испытывая прилив какого-то азартного восторга, вызванного Капитолиной, полковник помчался к своему дому.