Мой лучший враг

Смотрю на наши сцепленные руки, начинаю вежливо высвобождать ладонь.

– Спасибо. В общем, прости, Ал…

И в этот момент я слышу шелест веток, шаги – и буквально чувствую рядом злость.

Опасность.

Зуд боевой связи – за миг до того, как Иден налетает на нас.

Я успеваю расцепить руки. Выкрикнуть его имя. Ал успевает отшатнуться и вскинуть ладони – но в следующий миг кулак влетает ему в челюсть.

У меня словно фейерверки рассыпаются перед глазами. Поверить в то, что я вижу, – не могу.

Демоны!

Все тело пронзает шокирующим разрядом.

– Иден, стой! – кричу я почти испуганно. То ли из-за странного чувства стыда, будто меня застукали на месте преступления. То ли боюсь за Ала, который едва не валится на землю и которого Рейм хватает за ворот. То ли мне страшно от мысли, что дальше будет хуже.

Проклятье, да как? Как Рейм здесь оказался?!

Несколько мгновений все, что есть у меня в голове, – это стоны и пустота.

А потом я вспоминаю, что я тоже боевой стихийник.

– Нет! – Вклиниться между парнями – ни беса не просто, поэтому я хватаю избранника сзади. – Иден, прекрати!

Слов у меня мало, кричать – плохая идея, но я вцепляюсь в его плечи. Обвиваю его руками и успеваю подумать, что это небезопасно для нас обоих, но не огнем же его жечь? Борюсь с ним несколько мгновений. В одно мне кажется, что я сейчас улечу в траву. Но потом тело избранника поддается, он отпускает Ала.

Я проскакиваю вперед.

Увы, от взгляда Идена мне не лучше. Злого, темного, ледяного. Вдруг думаю, что за все годы так он на меня ни разу не смотрел."

"– Прекратить? – Мой избранник пропускает воздух сквозь зубы. – Потому что кто-то угрожал сжечь мне яйца, если я…

– Если ты начнешь в нас сомневаться.

Проклятье. Единственное, о чем я думаю сейчас, – надо как-то остановить это безумие. За что бы оно ни свалилось на меня. Хотя мне внезапно действительно паршиво: он ведь не случайно мимо шел?

Я просчиталась?

Невольно оглядываюсь по сторонам: жду, что увижу еще каких-нибудь зрителей и пойму, что я все испортила самым глупым образом. Но кусты и поляна вокруг по-прежнему безмятежны. Ни души.

Ал делает несколько шагов назад, распрямляется, держась за скулу. Его глаза блестят, но вид у него не слишком боевой.

– Сомневаться? – повторяет он.

– Думаешь, я не знал, что ты предложил ей, урод? – Рейм дергается вперед, и я чудом хватаю его вновь. Его голос звенит. Если сейчас нас не видят, то могут услышать!

Проклятье, если он тут один, если это не какой-нибудь спектакль перед публикой, то у меня даже идей четких нет. Парочка версий мелькает в голове, но я решаю разобраться с ними позже.

Заставляю себя сделать вздох и выдаю:

– Альнар. Прости за это, – прикладываю руку к щеке. – В смысле, потому что Иден действительно знал. И я четко и ясно сказала ему, что он – моя единственная пара.