Мой лучший враг

Я не смогу переметнуться к Альнару. Рейм не сможет получить Глорию – по крайней мере, в ближайшее время. Нам пригрозили отчислением!

– Что мы будем делать? Рейм?

«Напарник» молчит.

Я пытаюсь придушить панику. Она не поможет. Набираю воздуха в грудь, делаю несколько глубоких вдохов и начинаю рассуждать:

– Альнар почти признался мне в чувствах. Не знаю, каких демонов ты решил сказать, что он меня не достоин, но мне плевать. Он почти готов бросить Глорию, понимаешь? Тебе важно не пропускать год? Мы можем вернуться к Илману сейчас, упирать на договорной союз, который вышел неудачным. Сказать, что нам очень жаль и мы готовы уйти с факультета. Будем действовать дальше уже иначе. Все получится.

«Избранник» словно выныривает из своих мыслей и смотрит на меня пораженно – а еще немного странно. Глаза словно вспыхивают, ловя блики света в коридоре.

– У меня есть идея лучше, – говорит он медленно. – Стань моей избранницей, Лудар. По-настоящему.

Я застываю с приоткрытым ртом.

– Что ты сказал?

Рейм подается вперед – и это движение столь же дико, как и все остальное. Между нами не остается расстояния. Его рука упирается в стену, у которой я стою, рядом с моей головой.

– У тебя хорошие баллы, – произносит он, глядя на меня пристально. – Ты умная, эффектная, мы с тобой неплохо сработаемся. Зачем тебе недоумок Тео? Ты разочаруешься в нем, он действительно испортит тебе жизнь. Он тебе не нужен.

Все картины в голове окончательно меркнут. Он говорит горячо, и запах ежевики совсем не помогает. Как и безумное ощущение от того, что он склоняет голову. Словно тянется к моему уху. Дыхание трогает волосы, и в его словах и голосе что-то совершенно неправильно.

Умная? Эффектная?

– Каких бесов?..

– Я не люблю Глорию. К демонам ее и Тео. Мы с тобой разные, я сделал тебе много плохого, но ведь и романтические сопли не для тебя, Лудар. Я не брошу тебя из-за отца. Твои и мои способности, то, что мы почти ладим в последние дни, – все это лучше глупостей, за которыми ты гоняешься.

– Так, стой! – Я упираюсь ему в грудь, но от этого только хуже. Теперь под ладонями – упругие мышцы, которые я чувствую сквозь рубашку. Ощущение неожиданно волнует. Может, от мысли, что увидь нас кто со стороны – уж точно решил бы, что у нас все «серьезно».

Я пытаюсь найти хоть какое-то разумное объяснение тому, что происходит.

Хоть одно.

И нахожу – но, увы, миг спустя этому не рада.

– Баллы? – произношу негромко. – Способности?

Рейм поднимает голову.

– Ты узнал, что у нас с Альнаром – лучший результат среди всех. – Слова рождаются медленно, потому что я даже не хочу об этом думать. Но приходится. – Ты испугался, что, если я сойдусь с ним, мы обойдем тебя и Глорию?

Лицо Рейма меняется. Губы дергаются – но если он и удивлен, то лишь отчасти.