Мой неуловимый миллиардер (СИ)
Он замирает, когда видит меня. Прошло два года, но внезапно боль кажется свежей. Вот почему он дал мне неправильный номер. Он женат. Мы переспали, пока его жена была дома с двумя детьми. — Так ты у нас, оказывается, Сергей, да? — Лера. Я… — на его лице появляется измученное выражение. Почему он строит из себя страдальца, когда сам разбил мое сердце вдребезги? Видимо, боится, что я проболтаюсь обо всем его семье. Сомневаюсь, что он когда-нибудь ожидал встретить меня снова. — Ты что? — спрашиваю я достаточно резко. — Рад… рад тебя видеть. Как ты? Как я? Он что, издевается? — Лучше расскажи: как ты? Как твоя жена и дети? Он вздрагивает, и я стискиваю зубы. Я хочу спросить, знает ли его жена, что он спит с другими женщинами, когда уезжает из страны. Я хочу узнать, думал ли он обо мне, когда вернулся домой к ней. Неужели я всего лишь одна женщина из многих? — Все не так… Лер, мы в разводе. — Ты был разведен, когда спал со мной? Он напрягается, и виноватое выражение лица выдает его с головой.
Ее рука дрожит, когда она проводит указательным пальцем по переносице, по губам, а затем отпускает руку. Она смотрит на меня так, будто запоминает мельчайшие детали. Неужели я теряю ее?
— Лера, — шепчу я, поднимая руку к ее волосам и нежно проводя пальцами по волосам. Я наклоняюсь и целую край ее рта, мои прикосновения нежны. Даже если мы разобьемся на осколки, я соберу каждый разбитый кусочек и буду хранить их в безопасности, чтобы мы могли восстановиться вместе."
"Я снова целую ее, и она наклоняет голову, возвращая мне поцелуй. Сегодня все по-другому. Ее прикосновения пронизаны болью в сердце, и это убивает меня.
Я крепче сжимаю ее волосы и целую сильнее, так, как ей всегда нравилось. Лера тихо стонет, и я углубляю наш поцелуй, отдавая ей всего себя. Она кладет руки мне на грудь и скользит ими вверх, и одна оказывается в волосах, а вторая тянется к пуговицам на рубашке.
Я шумно выдыхаю, чувствуя ее пальцы на своей коже. Ее прикосновения становятся беспорядочными, и она ерзает по моим коленям, прижимаясь ягодицами к паху. С одной стороны мне хочется сорвать с нее блузку, но с другой, оторваться от Лериных губ просто не получается.
Ее губы не отрываются от моих, когда она переходит к моим брюкам и расстегивает их, а затем тянется к члену. Лера не произносит ни слова, приподнимаясь, чтобы сдвинуть в сторону свое нижнее белье. Пользуясь моментом, я стягиваю с нее блузку, наблюдая за тем, как моя девушка медленно опускается на меня, не сводя с меня внимательного взгляда.
Лера стонет, опускаясь ниже, пока снова не усаживается мне на колени. Она такая тугая, что я едва могу это выдержать.
Я тянусь к ней и расстегиваю лифчик, и в итоге на ней остается только задранная юбка.
Одна из ее рук опускается вниз, и мне требуется вся моя сила воли, чтобы не кончить прямо в тот момент, когда Лера начинает ласкать себя. Я обхватываю руками ее талию, помогая двигаться, наслаждаясь тем, как она принимает меня целиком, как она стонет для меня.
— Фома, — стонет она мне в губы, — я люблю тебя.
Я стону и целую ее глубже, а затем отрываюсь от ее губ, чтобы поцеловать в шею.
— Я люблю тебя сильнее, — шепчу я ей на ухо.
— Я уже скоро… — предупреждает она, и я киваю.
— Тогда постарайся для меня, любимая.
Мы срываемся вместе. Лера счастливо вздыхает и кладет голову мне на плечо, крепко обнимая, мы двое все еще тесно связаны.
Я прижимаю ее к себе и глажу по спине.
— Теперь тебе лучше?
Она кивает и целует меня в шею, ее тело теперь полностью расслаблено.
— Намного лучше.
— Я люблю тебя, Лера. Я хочу, чтобы ты помнила об этом, что бы ни происходило.

















