Мой папа - супергерой

Может быть, если бы они уделяли больше внимания воспитательной работе, ничего бы такого и не случилось? Она так привыкла искать причину в себе… во всем, что бы ни случилось, что, даже в такой патовой ситуации, в глубине души себя обвиняла. Глупость, конечно…

Прерывая ее невеселые мысли, прозвенел звонок. В этот день у Оксаны было плотное расписание. Впереди — три урока. Один из которых — в Лилькином классе. Вот уж они дали повод для сплетен, когда на пару прикатили в гимназию… Ай, ну и пусть. У Оксаны была такая безупречная репутация, что вряд ли что-нибудь могло её испортить.

В каком напряжении она находилась, Оксана поняла лишь ближе к вечеру, когда большинство учащихся разошлись по домам. Порадовалась, что обошлось без новых ЧП, и можно было вдохнуть чуть свободнее. Оксана откинулась на спинку кресла и, сбросив туфли, с наслаждением пошевелила пальцами. Зазвонил телефон.

— Да, Матвей Владимирович.

— Всегда пугаюсь, когда ты такая вся официальная… Привет.

— Вы что-то хотели?

— Ага. Сказать, что Лильку после продленки заберет мать.

Оксана расстроилась, но виду не подала:

— Хорошо. Ты уже передумал забирать дочь на ПМЖ?

— Передумал? А… нет! Просто еще не решил, какую подводку сделать для Ленки. А пока… это даже хорошо, что она её забирает.

— Почему же?

— Нам никто не будет мешать…

Голос Матвея упал ниже, превратившись в глубокий, искушающий шепот. Оксана тут же отреагировала на него. Завелась с полуоборота. Тело пронзила молния, огненная вспышка прошла по позвоночнику и сосредоточилась в животе. Она поерзала в кресле, сжала бедра, в попытке унять занимающееся желание. Откашлялась.

— Боюсь, что ничего не выйдет. Сегодня я занята. — В трубке повисла тишина. Опасаясь, что все испортила, Оксана затараторила: — Ты сам сказал, что не станешь меня делить…

— Ты будешь с ним? — обдал холодом Матвей.

— Мне нужно, по крайней мере, объясниться.

Подрагивающими пальцами Оксана отвела от лица выбившиеся пряди и в ужасе от того, на что решилась, снова обмякла в кресле. Она и правда собирается порвать с любовником? Господи… а что потом? Она не девочка — бросаться в омут с головой, но… разве она уже не сделала этого? Мелькнула малодушная мысль — сознаться во всем Георгию, и… прекратить! Остаться с ним, если простит её слабость. Потому что с Бединым было так спокойно! Так просто, и так понятно… И пусть не светило ей с ним ничего — но это ведь Жорка…

— Ладно, — нехотя согласился мужчина, — объяснись. Хотя это можно было сделать и по телефону.

— Нельзя.

— Почему же?

— Он очень мне помог в свое время. Я его безмерно уважаю и в какой-то мере люблю. Он мой близкий человек, и этого не отменяет…

— Какой-то мальчик, пробравшийся в твои трусики?

— Если ты продолжишь в том же духе, на этом мы и закончим.