Мой папа - супергерой

Лишь срывающийся дочкин голос и шум крови в ушах. Он сотни раз подвергал свою жизнь опасности, но, как сейчас оказалась, даже не представлял, каким всеобъемлющим может быть его страх. Таким сильным, что в венах стыла кровь, а тело отказывалось подчиняться. Он двигался, как во сне. Нечеловеческим усилием воли преодолевая сковавший тело паралич. На ней он и держался. На воле и на адреналине, который рвал его на ошметки.

Уже в машине поднял на ноги друзей. Медведя и Кису. Коротко обрисовал им ситуацию.

— Узнайте, какого черта случилось! Хоть из-под капельницы вытащите Соболева, хоть из-под клизмы! Я должен знать, что происходит…

— Дерьмо. Ничего такого ведь не планировалось.

— Вот именно! Узнайте, что пошло не так, куда ее увезли… Кто вообще это был?! И какого хрена…

— Тише-тише, дружище! Выдыхай… Я сейчас решу вопрос с работой и тут же подтянусь. Мы справимся."

"Матвей открыл рот, чтобы что-то сказать, но лишь еще раз с шумом втянул в себя воздух. Он не имел права торопить друзей. У всех у них была своя жизнь, работа, которую они не могли бросить и вот так запросто куда-то сорваться. Да к тому же они, как никто, отдавали отчет ситуации. Понимали, что времени у них нет. А значит, начнут действовать так скоро, как это вообще возможно.

— Просто свяжись с Соболевым… Хватит ему болеть.

На то, чтобы узнать, куда увезли Оксану, потребовалось намного больше времени, чем он рассчитывал. Потому что она не проходила ни по одной из баз! Недосмотр? Матвей в это не верил. Прошло полтора часа, прежде чем он узнал, где она находится. И еще час — ему пришлось терпеливо ждать, пока его впустят. Бывший муж Оксаны не торопился. Бросал на него полные превосходства и торжества взгляды через пуленепробиваемое стекло, отделяющее дежурную часть от коридора, и снова куда-то уходил. Если бы не Киса, который, как мантру, повторял «Нельзя, не пори горячку… Мы скоро выйдем на начальника участка! Просто потерпи!» и придерживал его за плечо, Мат, наверное, сорвался бы. Расквасил бы его самодовольную морду. И никто… никто бы его не остановил.

— Почему Медведь так долго возится? — скрипя зубами, парировал Веселый. Им ничего не говорили, он понятия не имел, что происходит, и каждая минута ожидания подрывала его изнутри. — Мы почти месяц их вели! Можем прижать! Этого же Букреева…

— Мат! — бросил на друга напряженный взгляд Василий. — Очнись! Нельзя соваться в темную комнату, не зная, что находится за порогом!

Он это понимал! Он это, мать его, очень хорошо понимал! Но там была его женщина! Его… Та, которая ему под кожу влезла. И отравила. Перевернула в нем все вверх дном. Плохое… Хорошее…. Черное… Белое! Все смешалось. Как будто кто-то перед его глазами прокрутил калейдоскоп.