Мой родной чужой

Сейчас я ненавидела даже его, потому что он мужчина и наверняка у него есть жена, которой он изменяет. Что изменяет, даже не сомневаюсь. Теперь не сомневаюсь. Сердце снова болезненно заныло, а из глаз покатились слезы. Приступ ярости в офисе мужа, казалось, выжал из меня все силы, и оставшихся едва хватило, чтобы добраться до кабинета подруги. И то я доползла лишь потому, что меня там ждала Кариночка.

Стоило мне открыть дверь, Анжи мгновенно оценила обстановку и, широко улыбнувшись моей дочке, весело спросила:

— А хочешь, я тебя снова отведу к тому смешному дяде, который научил тебя делать бумажных лягушек?

— Да! Да! — весело захлопала в ладони Карина. — Бу-ажны-ап! Мама!

Я выдавила измученную улыбку, и дочка побежала вприпрыжку в соседний кабинет. Анжелы не было лишь несколько секунд, но для меня они показались вечностью. Когда подруга вернулась, она молча обняла меня, и я наконец разрыдалась. Выла в полный голос, зная, что стены в их фирме со звукопоглощением. Ведь именно Женина фирма строила это здание! От мысли об этом слезы мои полились еще быстрее.

— Вот же сучок! — проворчала подруга. — Не ожидала от Женьки.

Анжела гладила меня по спине, а я и слова не могла выговорить, слезы жгли глаза, спазмы хватали за горло. Подруга стояла рядом до тех пор, пока мои рыдания не перешли во всхлипы. Зачем осторожно подвела меня к диванчику, бережно усадила и отошла к шкафчику. Зазвенели стаканы, Анжела достала пузатый графин и налила золотистой жидкости в стакан.

— Как ты? — протягивая его, спросила она. — Выпей, тебе надо.

— Спасибо, — кивнула я и, шмыгнув носом, отпила глоток. Горло обожгло, но я допила все до капли. Действительно чуточку стало легче. Но боль никуда не делась, и я честно призналась: — Плохо. — Подняла глаза и криво улыбнулась: — Очень плохо, Анжи. Мне страшно и очень больно. Я не знаю что делать…

— Понимаю, — сухо кивнула Анжела и, бросив на меня короткий взгляд, тут же поправилась: — Нет, не понимаю. Не понимаю, как Женя мог с тобой так поступить. Ты точно уверена, что муж тебе изменяет?

— Я их почти застукала, — горько проговорила я и, включив последнее полученное видео, передала телефон подруге: — И… вот.

Анжела смотрела на экран так, будто ролик был не про моего мужа, а про то, как у крокодилов вырастают крылья. Покачала головой:

— Поверить не могу.

— В кабинете пахло сексом, — поделилась я и пристально посмотрела на подругу: — И секретарша призналась, что спит с ним. Эта сучка смеялась мне в лицо и рассказывала, как замечательно ее трахает мой муж.

— Она жива? — деловито уточнила Анжела. — В больнице?

— Сбежала, — криво улыбнулась я и покачала головой: — Анжи, ты была права.

— Я всегда права, — улыбнулась подруга, — за исключением тех случаев, когда прав закон. Ты уточни, о чем речь.