МОЯ. Я тебя присвою (СИ)

— Паршиво!

Назар кивает:

— Больше не будешь пить каку.

Бесстыжий. Наглец. Подлец!

Закрываю глаза, журчит вода.

Моих пальцев касается прохладное стекло.

— Держи стакан, выпей немного.

Я не хочу его касаний, но он помогает. Самое паршивое, что если бы не его пальцы, я бы и этот стакан ко рту поднести не смогла. Я словно хлебный мякиш в теплом молоке… Тюря.

— Тебе кое-что подмешали.

— И ты.… ты этим воспользовался.

— Всего лишь помог тебе немного сбросить напряжение.

— Ты… Ты.…

— Не трахнул, — обрывает, расставив все точки над i.

Но моя задница другого мнения! И промежность тоже пульсирует, как будто знает, что это такое — быть растянутой.

— Немного надкусил, — облизывается медленно-медленно. — Только разжег аппетит.

— Довольно!

— Конечно. Отдыхай, восстанавливай силы.

Зорин поднимается, словно собирается уходить, но потом резко наклоняется и целует меня в лоб.

Так нежно и заботливо, будто он мне родитель! Вот только словечки…

— Теперь я хочу, чтобы ты так же текла и была готова дать мне все, даже попку. Но в трезвом виде. В трезвом, но пьяном от реального возбуждения, а не вызванного наркотиками…

— Этому…. Не…. бывать! — выдавливаю.

В ответ он улыбается.

Просто, сукин сын, улыбается с превосходством, словно знает что-то ещё, какой-то мой секрет выведал…

Теперь я точно уверена: надо бежать. Надо срочно…. бежать!

Глава 18

Таша

Первые сутки после памятного вечера мое самочувствие оставляло желать лучшего! Через день мне стало немного получше, но я предпочла оставаться в своей комнате. На третий день дурноты уже почти не стало, но я упорно продолжала изображать недомогание, отказывалась покидать кровать и почти ничего не ела.

Вечером третьего дня раздается стук в дверь комнаты, и я, уже научившаяся отличать, как стучат горничные из числа прислуги, мгновенно понимаю, что стучат не они.

Стук уверенный, требовательный и нетерпеливый.

Застываю на месте, поняв, что это никто иной, как Зорин собственной персоной!

Зачем тебя ко мне принесло?"

"Видеть его до сих пор сложно.

Он навещает меня каждый день, справляется о самочувствии и смотрит с видом, полным сожаления и жажды.

Ему-то понравилось.… Очень понравилось все то, что он со мной вытворял.

И мне тоже нравилось, судя по отрывкам, которые то и дело всплывают в моей памяти! Нравилось, но это была не я, это было всё самое дурное и пошлое во мне.

Зорин не имел права пользоваться мной в таком состоянии. Просто не имел права!

Однако он запустил свои руки мне в трусики и бесстыже касался всюду.

Поэтому его приходу я, ой, как не рада.

— Таша, если ты через секунду не отзовешься, я войду, даже если ты раздета.

Через секунду добавляет:

— Войду с удовольствием, особенно если ты раздета!

В его словах мне чудится двойной смысл.