Моя Игра. Начало (СИ)

В ответ пишу простое «ОК».

Гостиницы делаем типовые, собственно, есть разница где из игры выходить — из своего личного номера или откуда-то ещё. Пока тело не пропало, а это тоже время, тебя и обокрасть могут, и повредить чего-нибудь. Поэтому в игре развита система номеров в гостиницах, там и жить можно, чем многие и пользуются. В игре есть все чувства, в том числе голод, поэтому нужна и таверна. Её будем ставить после гостиниц. Провозились до вечера, отдал Ирине свои запасы маны с накопителя в замке, она реально работает.

Дома в реале суета и паника, домашние собираются на юг, пытаясь уместить всё в один чемодан.

— Мам, все три билета с багажом, такси на завтра закажи, — мимоходом говорю я.

— Не надо такси, Сашка Голозин, папин друг, подвезёт, — отмахивается мама и говорит. — Ну, я так не могу! Или опоздаем или забудем чего!

— Паспорт бери и больше ничего не надо. Даже денег, — улыбаюсь я, и после приёма ванны засыпаю.

Рано утром едем в аэропорт, на переезде опять таскают состав, совсем РЖД оборзело, перекрывают дороги в городе! Но это ненадолго, и через полтора часа мы уже в аэропорту, взвешиваем багаж. На рейс я, разумеется, всех зарегистрировал заранее ещё дома, родителям такая опция малознакома.

Ждём объявления посадки, я зеваю, в самолете можно выйти в игру, хотя некоторые компании против этого, но смотрят сквозь пальцы, если сидишь у окна, и никому помешать выйти, например, в туалет не можешь. Моё внимание привлекла девочка лет трёх, постоянно молчавшая и сидящая как робот. Родители её — молодые люди лет тридцати, смотрели на меня доброжелательно, так как я девочке явно понравился или заинтересовал чем-то. Когда она проходила мимо, то остановилась и стала глазеть на меня. Родители её болтают с моей мамой, о чём — я не слушаю."

"Вижу сиреневую дымку в районе головы девочки. Ничего не понимаю и пытаюсь провести диагностику. Что-то с нервной системой, надо делать большую диагностику, а может лечение нервной системы? Недавно выучил это заклинание. Кастую и понимаю — прошло. У меня опустошение как после выполненного трудного дела, а девочка неожиданно идёт ко мне и говорит.

— Я — Лика, а ты кто?

Мама девочки ахает, закрывая рот руками! Моя мама, не понимая, хмурится и говорит:

— Слава, не трогай ребёнка.

— Нет, нет! Пусть разговаривают! Она больше года молчала! — вступается за меня мама девочки.

Глава 32

Вижу, у мамы девочки глаза на мокром месте, а отец вцепился в спинку кресла так, что пальцы побелели.

— Хочешь, тебе «лапу» покажу? — предлагаю я. Как надо общаться с детьми я не знаю даже в теории.

И показываю ей «лапу» — одной неподвижно лежащей рукой начинаю двигать, будто она отдельно существует от тела, шевелится и хватает всё вокруг.