Моя капризная леди

С нас достаточно горя, чтобы из-за дрыглов денег терять членов семьи!

— Вы занимались незаконной деятельностью и тем самым спонсировали революционеров,

— раздраженно ответил Даниэль.

— Мы спасали замок! — перебил его Пол. Холодный отблеск моноклей вкупе с горящими глазами придавали тому зловещий образ. — И наши земли после неурожая, эпидемий и войны. Пока король занимался играми в политику, нам пришлось влезть в огромные долги. Аркант стоял на грани гибели еще три года назад."

"Я проглотила ком и невольно прошлась взглядом по скудной обстановке кабинета. Часть мебели отсюда вынесли после тщательной уборки.

Половина книг пошла на растопку, поскольку вернуть им первоначальный вид не вышло. Страницы сыпались от малейшего прикосновения, корешки отсырели, обложки покрылись грибком и плесенью.

Служанки два дня отчищали стены от черного налета, разбрызгивали настои лаванды. Навязчивый аромат так сильно въелся в каждый кват помещения, что кружил голову от долгого присутствия. Поэтому ставни держали открытыми, хотя хлипкие рамы грозили вывалиться в любой момент.

Протечку в кровле залатать не удалось, потому вода все по-прежнему текла по стенам и разрушала камень.

По углам разрастался мох, на потолке — все тот же грибок. В таких условиях появление вшей не удивляло. Вытравлять насекомых приходилось по несколько раз, а расползались они с пугающей скоростью.

— Нам пришлось использовать старый ход под озером для перевозки грузов. Древесина. Редкие ценные травы с гор...

— Драконы, — закончила я за Пола, и он прикрыл глаза.

— Всего дважды или трижды. Я не задавал лишних вопросов. Для меня имели значения цифры. Ты видела гроссбухи, Амалия, — горько усмехнулся он.

Удивленный взгляд Даниэля я проигнорировала и кивнула. — Это вторые экземпляры. Настоящие хранятся в моей комнате. Я спрятал их до приезда Терлака. Сейчас ситуация немного выправилась, фабрика приносит доход, на поля возвращаются люди. А тогда мы не знали, как переживем зиму.

— Я видела покои твоей матери. Леди Юна вовсе не выглядит обедневшей дамой, — не удержалась я от яда.

— Они такими были всегда, — отрезал Пол.

— В каком смысле?

— Мама не позволяла ничего трогать в своих покоях. С момента, как она там поселилась, интерьер и мебель в ней не менялась.

Спрашивай у нее. Когда я умолял продать хотя бы вазы или статуэтки, слышал отговорки защиту замка, — он отмахнулся и подошел к окну, скрестив на груди руки.

Я неожиданно застыла, вспоминая свое первое и единственное посещение покоев леди МакГиннес. Ничего необычного не запомнилось, кроме тщательно убранных углов, отсутствия пыли и роскошь. Повсюду расшитые гобелены, статуэтки и вазы. Шелк с бархатом застилали общий обзор, мешали заглянуть внутрь.