Моя капризная леди

Бросив испепеляющий взгляд в сторону невозмутимого Гилберта, я прошипела:

— Он точно не ваш сын?

На что старый лэрд пожал плечами и сказал:

— Нет, но я старался воспитывать, как родного. Усилия не прошли напрасно.

— Видимо, так, — проворчала я.

Терлак вдруг прекратил дурачиться, вертеться, глупо хихикать и сыпать дрыгловыми шутками. Приподнявшись в постели, он сфокусировал взгляд на мне, словно пытаясь что-то вспомнить. Тишина напрягала, ведь я не привыкла к такому поведению МакГиннеса.

— Терлак? — позвала негромко, и он дернул головой. Закрыл глаза, а через секунду уже сминал пальцами простынь.

— Вода, — вдруг произнес хрипло МакГиннес, и мы вздрогнули. — Слишком много. Холодная, темная. Ее было столько же, сколько и в твоей комнате.

Знакомый страх подобрался ближе, вздохнув смрадным дыханием проямо над ухом. Я невольно оглянулась в поисках призрака, но никого не увидела. Из всех присутствующих лишь Зидан чувствовал примерно то же, что и я. Или мне так показалось, поскольку уж больно сосредоточенным он выглядел.

— Мама лежала на скалах, а вода омывала тело... — Терлак замолчал и вновь вернулся к глупостям.

Резко поднявшись, я обошла кровать и дернула Гилберта за руку. Знаком показав озадаченным Меган и Дункану оставаться в комнате, вывела лэрда из спальни. За нами увязался Даниэль, который аккуратно прикрыл дверь и создал вокруг непроницаемый барьер прямо в коридоре, чтобы никто посторонний ничего не услышал.

— Терлак видел, как Розалинда умерла, — резко спросила я у ошарашенного Гилберта. — Но вдруг было что-то еще?

— Не знаю, — развел он руками. — Они с Дунканом вроде присутствовали во время полета, но как там дальше.

— А вы видели Розалинду? — прикусила я губу.

— Только тело. Она была мертва, Амалия. Клянусь, — ответил Гилберт. — Руперт сам показал мне ее в старом храме замка. Ни одной целой косточки, лицо изуродовано. Падение с дракона не оставило бы шанса на выживание.

— Возможно, Юна исправила воспоминания Терлака, — предположил Даниэль. — Маленький мальчик мог побежать за ней или увидеть тело. Для ребенка смерть матери — настоящий стресс.

Я задумалась, а потом развернулась и зашла в спальню. МакГиннес как раз дернул Гранта за сюртук, требуя отдать какие-то земли. В ответ Дункан огрызался и кинул в нашу сторону раздраженный взгляд.

— И вы хотите, чтобы я подтвердил его дееспособность?! — прорычал Грант.

— А ты не цепляйся к нему, — фыркнула Меган.

— Да никто его не трогает. МакГиннес, отпусти мой костюм! Он дороже, чем половина твоих развалин!

Кивнув Зидану, я вновь вышла и дождалась некроманта. В отличие от остальных, тот двигался расслабленно. Почти как василиск, почуявший добычу. Собственно, так и было. Зидан видел на наших лицах напряжение, легко считывал позы и коротко усмехнулся.