Моя капризная леди

Яд в моем голосе заставил всех присутствующих в спальне вздрогнуть. — Хоть что-нибудь в этом доме происходит без ведома моей дражайшей супруги?!

Рэнальф нахмурился, а Магда охнула.

— Терлак, да что с тобой? — возмутился брат. — Амалия столько сделала, а ты бесишься из-за какой-то ерунды! Сказали же, что все отлично. Замок цел, работы идут, пашни под контролем. К концу года выплатим Грантам долг без ущерба для себя. Чем ты опять недоволен?

Если бы знал, то сказал. А пока мне оставалось рвать и метать от бессилия, которое я ощущал в последнее время. Но все вокруг темнили, постоянно недоговаривали, а собственная память сыграла злую шутку.

События последней недели перед болезнью смазались в единой, невнятное видение. Рассказ герцога о нашей с Мали «свадьбе» тоже ничего не прояснил.

Даниэль мельком упомянул о связующем заклятии, разделении души и многом другом. На мой резонный вопрос, почему отец не передал право владения Аркантом, герцог промолчал. Как не прояснил ситуацию с Эриком. Какого вообще дрыгла дорогой родственничек забыл в моем доме? Понятно, что ради государственных дел, однако хотелось конкретики.

— Папа!

В комнату ворвались близняшки. Две стремительные молнии пересекли спальню раньше, чем кто-либо успел их остановить. Улыбнувшись, я распахнул объятия и прижал к груди девочек. Вот чье присутствие нынче дарило мне покой. Рядом с дочерьми я не ощущал какой-то ущербности из-за своего ослабевшего тела и магии, которая меня не слушалась. Достаточно объятий, чтобы забыться, вдыхая ароматы розового мыла.

— Мне кажется, или от вас пахнет хлором? — я чуть отодвинулся. А ловкий Драго перебрался с моего плеча на шею хихикающей Джинни.

— Чуть-чуть, — сморщила носик Маргарет, ревниво покосившись на дракончика.

— Отдай! — потребовала она у сестры.

— Еще чего, он сам меня выбрал, — возмутилась Джинни.

— Две забияки, — весело проговорил Рэнальф, — будете так кричать, он сбежит.

— Ничего подобного, — заверещали близняшки. — Папа, ну скажи ему!

Я усмехнулся, а затем поцеловал в макушку каждую из дочерей. В голове мелькнула идея, что для полного комплекта не хватало сына. Мысли плавно перетекли в мрачное русло, подсознание сразу же напомнило об одной-единственной ночи. Мы ее так и не повторили, поскольку болезнь уложила меня в постель на несколько бесконечных недель.

Впрочем, саму ночь я тоже помнил смутно. Тогда Мали пришла в комнату, бормотала о каком-то проклятии, потом поцелуй... И все. Только отрывки, среди которых затерялось удовольствие и пустота. Мне почему-то вспомнилась вода по всей спальне и таинственный шепот, что никак не желал отпускать.

— Пойду я, — поморщился Рэнальф. — Сегодня моя очередь в карауле. Сменяю Вестона.

— Зачем нам караул, если есть гоблины? — не понял я.