Моя капризная леди

Усложнил на свою голову ради эгоистичного желания немного изменить отношение будущей жены к предстоящему союзу, пусть и заключенному без ее фактического согласия.

Я обо всем знал. Более того, именно мне пришлось обратиться к Эрику за помощью, когда встал вопрос об ограничении количеств незаконных свадеб в Шангрии. Самая последняя едва не привела к разрушению хрупкого мира между нашими странами. Тройственный союз только начал действовать, когда данмарский мошенник Энтони Руэло увлек под венец знатную шангрийку — леди Мириам. Дочь одного из влиятельных господ, лэрда Макдугласа, что состоял в конклаве вместе с моим отцом. Вот скандал-то был."

"Треклятые пикси, это могло привести к очередному конфликту. А он нам был не нужен. Особенно, когда наши страны едва оправились после затяжной войны.

На самом деле я обманул Амалию, сказав, будто не знал об изменении закона. Почему? Иначе она бы нашла способ избежать брака: закатила истерику, устроила скандал, опять сбежала. Нет, мне хотелось сделать все тихо. Чтобы Лия уверилась в наличии выбора, немного привыкла за три недели ко мне и, возможно, полюбила Шангрию с ее суровым климатом и зелеными просторами.

Я хотел показать леди Сент-Клер родную страну такой, какой видел сам.

Уверен, у меня это получится. Очень скоро.

— Хочу горячую ванну и теплый ужин. В этой дыре хотя бы используют саламандр? Боги, какие ветра. Кажется, я простыла.

Ладно, может, я немного переборщил с мечтами. Эта женщина — настоящий список требований по хозяйству. При первой встрече Амалия Сент-Клер предстала передо мной чистым ангелом, сошедшим с небес. Блестящие, светлые волосы, поблескивающие золотом при каждой вспышке света, бездонные голубые глаза, точеные черты лица, очаровательно вздернутый носик и пухлые губы. Их Лия постоянно кусала от волнения, потому они становились такими красными. Невысокая, стройная — истинная роза среди безликих растений.

Только шипы у нее непросто колючие, а по-настоящему ядовитые. Да и характер ужасный.

Уважаемый.

Мали хлопнула по деревянной стойке, из-за которой появился полусонный хозяин таверны. Осоловелый взгляд скользнул по поджатым губам и вздернутому подбородку. Затем переместился на меня, стоило вежливо кашлянуть.

— Мать моя гномья за ногу, Терлак! — обрадовался мне Арни, спрыгивая с деревянной подставки.

Длинная борода и лысая макушка исчезли за стойкой, из-за чего Амалия подалась вперед. Лишь спустя несколько секунд, когда полугном вышел мне навстречу, она удивленно вскрикнула. Еще бы, ведь сам хозяин таверны, Арни Мэррей, ростом едва достигал моего пояса. Но взамен мог похвастаться огромными ручищами и широкими плечами, на которых рубашка натягивалась так, что ткань жалобно трещала по швам.

— Гном? — выпятила губу Амалия.