Моя навсегда

– Вы, кажется, предлагали мне ужин?

– Мне кажется, это было не сегодня, но если уж на то пошло, да, предлагал. Вы хотите сегодня поужинать со мной?

– Я сегодня занята, у меня дела.

Я прикусила губу и еле заметно улыбнулась. Дмитрий Евгеньевич протянул мне бумаги. Хоть и недоумевая, я забрала их – куча листов с медицинским текстом – и освободила ему руки. Дмитрий Евгеньевич снял пиджак, развязал галстук и оставил болтаться на шее незатянутым, затем закатал рукава рубашки и забрал бумаги обратно.

– Жарко тут. Не понимаю, зачем так топить? – Он вел себя так буднично, словно мы знаем друг друга миллион лет.

– Они же не могут перестраивать систему каждый раз, когда потеплеет, а потом похолодает. У нас же теплеет и холодает по три раза на дню, – сказала я с возмущением, подыгрывая ему.

– У тебя тут есть где посидеть? Сколько еще тебе нужно времени, чтобы закончить свои дела, Софи? – спросил он и посмотрел на меня с вызовом.

Я подумала: а ведь он пришел сюда только из-за меня. Если он уйдет, он может уже больше не вернуться. Снова удар в живот. Такого я не перенесу. Я обманываю Митю. Наплевать.

Наплевать на всё.

– Столовая. Там можно посидеть. Только стул обязательно протриТЕ, а то вероятность вляпаться во что-то – один к двум, – ответила я, нажимая на на «вы». – Я приду, как только смогу, Дмитрий Евгеньевич. У меня, в конце концов, сессия. Если уж связались со студенткой, терпиТЕ.

– Связался со студенткой, – повторил он и вдруг улыбнулся такой откровенной сияющей улыбкой, что я чуть не бросила все и не убежала с ним прямо в ту минуту.

Глава 10

Первый день из оставшейся мне жизни

– Будешь еще кофе? – спросил меня он, разглядывая с беспокойством мое усталое лицо Затем покачал головой.

 – Ты и так уже выпила слишком много.

– Ну и что? Да, я буду еще кофе, – ответила я из чистой вредности, а также, видимо, уже находясь в нездоровом оживлении от непомерного количества кофеина.

Дмитрий Евгеньевич посмотрел на меня с осуждением, но кивнул официанту. Ресторан, куда Ласточкин-старший хотел меня отвести, оказался закрыт уже с обеда, там полным ходом шла подготовка к вечеринке. Вход на вечеринку – по билетам, мы же – безбилетники. Помыкавшись по холодному, мокрому городу, мы засели в торговом центре «Мега» в Теплом Стане, за пластиковым столиком, посреди снующих людей.

Все покупали подарки, хватали, что попадалось под руки, спешили, пока и этот большой торговый центр – почти единственный тогда в Москве – не закроется. Новый год – время закрытых дверей.

– Так странно, что ты совсем не пользуешься косметикой, – сказал Дмитрий Евгеньевич. – Привилегия молодых. Все наши обязательно красятся всякими карандашами и кремами, и тенями с румянами. И ходят на каблуках.