Моя (не) родная

Провела по ним, невольно вспоминая, как касалась волос его отца. Даже наощупь они были точно такими же.

– Поехали домой, – взяв вешалку с платьем, сказала я. – У нас с тобой очень много дел.

– А мы ещё приедем сюда?

Я замялась. Сначала мне хотелось ответить, что вряд ли.

– Обязательно, – я взяла у него из рук мотоцикл и поставила на тумбочку рядом с мишкой. – А перед этим попросим бабушку испечь пирог с мясом.

– Лучше сладкий. С вишней, – загорелся он. – Или с сахаром и лимоном.

Я отрицательно покачала головой.

– Сладкое – для девочек. А ты же у меня мужик. Так что с мясом.

* * *Попрощавшись с мамой у дверей дома, мы вышли к дороге. Такси уже дожидалось нас. Но только я открыла дверцу, чтобы посадить Мирона на заднее сиденье, возле нашего остановилось ещё одно.

Выйдя на улицу, Наташа посмотрела прямо на меня. Чёрные волосы были собраны в высокий хвост, лёгкое чёрное платье в мелкий горошек перехвачено под грудью лентой. В ресторане я не успела рассмотреть её, сейчас же безотчётно отметила – выглядит она хорошо.

– Давай, садись, – я помогла сыну и закрыла за ним дверь.

И снова мы с Наташей смотрели друг на друга. Несколько секунд. Одновременно с тем, как она пошла к дому, я села в такси. Посмотрела ей в спину уже через стекло.

– Едем? – спросил водитель.

– Да, – последний взгляд на дом, на Наташу, на появившегося на крыльце Данила. – Едем.

Глава 7

Данил

– Чёрт! – Я потянулся было за пачкой, но передумал.

Наташкины каблуки так и впечатывались в дорожку, пока она, в упор глядя на меня, шла к дому. Принесло же её в самый неподходящий момент! Приехала бы на минуту позже, и никаких проблем.

– Что она тут делает? – не успев остановиться, с плохо скрываемой яростью спросила Наташа. – Почему ты не сказал, что она приехала?!

– Приехала и приехала, какая разница?

– Большая! – повысила она голос. – И не надо делать вид, что разницы нет, Данил.

– Разницы нет, – сказал я жёстко, глядя прямо на неё.

Обычно это действовало безотказно, но сегодня в Наташу словно бес вселился. Только я хотел взять её за плечо, она одёрнула руку, отступила. Губы её неожиданно дрогнули.

Да блядь! Прошедшие сутки и так вывернули мне мозг и стоили кучи нервов, теперь ещё это.

– Кто этот мальчик? – стоило мне приблизиться, она подалась назад. – Почему она приехала сейчас? Это твой сын?

На какой из этих вопросов нужно было ответить, хрен знает. Проблема в том, что я не мог ответить ни на один из них, потому что сам не знал ответов. Наташа ждала.

– Это твой сын? – голос её вдруг сел. – Да?

– Понятия не имею, – огрызнулся я в бессильной злости.

Глаза Наташи влажно блестели. Стерва! Её слёзы ужасно раздражали, особенно сейчас.