Моя (не) родная

Что с ней, я тебя спрашиваю?

Не проходящее с момента, как визжащая скорая остановилась у приёмного отделения, желание затянуться стало сильнее. Я прищурился, пытаясь уловить хвост мысли. Само собой, Наташка и мой бывший дружок были знакомы с незапамятных времён. В общем-то, ничего удивительного, что он примчался посреди ночи. Это же Игорёк. Но чёрт! Догадка резанула, но развить её не дала вышедшая в коридор медсестра. Остановившись, она посмотрела сначала на Игоря, потом на меня.

– Кто из вас отец ребёнка? – обратилась она к нам обоим.

Я успел заметить, как Игорь сжал челюсти.

– Я, – выступил я вперёд.

– Пройдёмте, – медсестра сделала приглашающий жест. Посмотрела на Игоря. – Только отец ребёнка. Все остальные посещения завтра.

Глава 17

Агния

Почему после нескольких минут пути я назвала адрес родителей, не знаю сама. Чтобы отогнать горечь и похожее на покрывшее сердце нефтяную плёнку чувство вины, мне нужно было что-то жизнеутверждающее. Любовь. Любовь сына, любовь мамы и, я надеялась, любовь отца. Только знание, что я нужна, было способно стереть разочарование.

– Агния? – удивилась мама, открыв дверь. – Я думала…

– Я тоже, – вздохнула я."

"Мама посторонилась, не став задавать лишних вопросов. Утром при разговоре с ней я упомянула, что встречаюсь с Игорем. Без сомнений, она всё поняла. Но на её лице не было сожаления, только немой вопрос. Волосы её были распущены, накинутый халат наспех подпоясан. Но, как и двадцать лет назад, она оставалась подтянутой и элегантной. Если бы не лицо, никто бы не дал ей её возраст.

– Мирон спит?

– Конечно. Ты видела, сколько времени?

– Извини, что разбудила. Я заберу его, ладно? Уложу дома.

– Агния, – она посмотрела с укором. Кивком указала в кухню.

Я почувствовала себя девочкой-подростком, задержавшейся на свидании. Немая мольба на маму не подействовала. Ничего больше не сказав, она скрылась в кухне.

Я осмотрела холл. Ночью, при тусклом свете висящих по обеим сторонам от зеркала бра, он казался печально пустым и покинутым. Был бы Влад жив, всё бы было иначе. И дом тоже был бы другим. Новая волна вины, теперь уже перед родителями, лизнула сердце. Мало того, что я не уследила за братом, так ещё лишила их внука. Но последнее хотя бы можно было исправить.

Когда я вошла в кухню, мама заливала кипяток в белый фарфоровый чайник.

– Смородина и мята, – сказала она. Наши взгляды встретились. – Останься на ночь, Агния, – попросила она тихо. – От кого ты бежишь? От меня, от Володи?

Вздохнув, я присела за стол. Мама рядом. Коснулась моей руки и ласково погладила.

– Я купила обратный билет няне Мирона. Подумала… – я дёрнула плечом. – Подумала, что, если мы остаёмся насовсем, надо найти другую.

– Ты всегда можешь оставить его со мной, знаешь же.