Моя невинная девочка

Забрасывает руки мне на шею, легонько мнет кожу, отчего та покрывается мурашками. Они табуном пробегают по шее, спускаются по позвоночнику и, огибая бедра, растекаются горячей волной в пах. Толкаюсь между гостеприимно распахнутых бедер, и Софья ахает, а меня прошибает электричеством от исходящего от нее жара. Я скольжу по влажным складочкам и пытаюсь сдержаться, чтобы не податься назад, а потом – резко вперед, заполнив ее собой до самого основания. Никогда еще я так сильно не хотел сделать женщину своей. Девочку, напоминаю себе. Она – девочка, которая требует бережного отношения, а не животного траха, к которому ты привык, Гордеев.

Спускаюсь поцелуями ниже, пока руки нагло блуждают по нежным изгибам. Молочная кожа пахнет так маняще, что я не могу оторвать от нее губ. Соня тяжело дышит и тихонько постанывает, когда я провожу языком и губами по ее шее, по чувствительному месту за ушком, где неистово бьется тонкая синяя жилка. Веду вниз до самой груди и останавливаюсь, чтобы полюбоваться на упругие полушария, увенчанные крохотными камешками розовых сосков. Рот наполняется слюной и я, сжав грудь вместе, наклоняюсь, чтобы вобрать по очереди каждый из сосков.

Софья выгибает спину, когда я всасываю их, покусываю и облизываю. Она везде сладкая, и это кружит голову посильнее любого допинга."

"Упираюсь твердым членом в бедро Софьи и пару раз прижимаюсь сильнее, чтобы хоть на секунду ослабить напряжение. В виски долбит кровь, сердце вырывается из груди, пока Соня сжимает мои волосы, легонько царапая кожу головы. Глаза сами собой закрываются, когда я провожу языком между грудей, съезжаю вниз, ныряю им в узкое отверстие пупка, отчего Софья немного нервно хихикает.

А потом я располагаюсь между ее ног, ловлю испуганный взгляд и делаю то, что давно хотел сделать. Складочки Сони представлялись мне сладкими и нежными, и моя догадка оправдалась: они такие и есть. Я с таким удовольствием слизываю каждую каплю с дрожащего комочка клитора, что даже из меня вырывается стон, чего раньше за мной замечено не было. Соня дрожит в моих руках, и мне приходится сжать ее бедра ладонями, чтобы она их не сводила. Еще несколько ударов языком – и она рассыпается в моих руках, перед этим напрягшись всем телом. Каждая мышца вибрирует, вторя ее прерывистым стонам.

Зависаю над Софьей, пристраиваю головку, чтобы поймать момент, когда она наиболее расслабленная, а потом резким толчком подаюсь вперед. Мне едва удается удержать себя на руках и не привалить Соню своим немаленьким весом, когда я чувствую, как член окутывает узкий влажный жар. Зажмуриваюсь и торможу, чтобы дать ей передышку и самому глотнуть порцию воздуха, которого мне внезапно стало не хватать.

– Тише, – шепчет Соня, всхлипнув, – не торопись.