Моя невинная девочка

"

"– Когда—нибудь я вырву его длинный язык. Поехали? – спрашивает Макар, когда песня сменяется следующей, гораздо более энергичной. Целует тыльную сторону моей ладони, все еще прижимая меня к себе.

– Да, пожалуй.

Мы прощаемся с молодоженами и еще с половиной гостей, пока двигаемся к выходу. Садимся в подоспевшее такси на заднее сиденье и наконец отъезжаем от ресторана. На панели машины мерцают часы, которые показывают третий час ночи, и я наконец понимаю, насколько сильно устала. Макар без слов забрасывает мои ноги на свои колени, снимает туфли передавая их мне, и начинает разминать мои стопы. Они пульсируют от усталости и покалывают, но, как только пальцы Макара касаются их, внутри меня все вздрагивает и изо рта вырывается сдавленный стон. Гордеев понимающе усмехается и продолжает мять покрывающуюся мурашками кожу. Можно было бы сказать, что это даже приятнее, чем секс, но нет, все же вряд ли хоть какое—нибудь занятие может стать лучше секса с Макаром.

Такси тормозит под домом, Макар выходит первым, а потом подхватывает меня на руки и заносит в подъезд. Я прижимаюсь к своему мужчине, положив голову ему на плечо, пока лифт поднимает нас на нужный этаж. В полусонном состоянии принимаю душ, позволяя Гордееву позаботиться обо мне и там. Он быстро моет меня, заворачивает в полотенце и, терпеливо дождавшись, пока я смою макияж и почищу зубы, несет в спальню. Укладывает на кровать и дергает за край полотенца.

– Давай, бабочка, – с улыбкой произносит он.

– Бабочка? – зевая спрашиваю я.

– Ты как в коконе. А поскольку ты уже красивая, куколкой тебя назвать я не могу.

Мозг совершенно отказывается анализировать выстроенную Гордеевым логическую цепочку, потому что уже спит крепким сном. Подчиняясь, переворачиваюсь, позволяя раскрутить себя из полотенца, а потом поглубже зарываюсь в одеяло, которым меня укрывают. Макар укладывается у меня за спиной и притягивает в свои объятия.

– Спокойно ночи, Сплюшка, – желает он, целуя меня в макушку.

– Спокойной, бормочу сквозь сон. – Я люблю тебя.

– И я тебя, девочка, – отвечает он, и я наконец полноценно погружаюсь в сон. Где—то на краю сознания дрейфует мысль о том, что мы только что вот так просто признались друг другу в любви. Это прозвучало обыденно и очень натурально. Но поймать и обдумать мысль я не успеваю, потому что меня подхватывает и несет в царство Морфея.

Глава 28

Соня

– Ирина, здравствуйте, это София… м—м—м… Силантьева.

– Девушка Макара, – с улыбкой отвечают на той стороне провода. – Я помню тебя, Сонь. Давай на «ты», мы же договаривались.

– Да, точно, – улыбаюсь я. – Простите, ой, прости.

– Чем могу быть полезна?

– Ты сказала, что я могу позвонить по своему делу.

– Да, только разговор не телефонный.