Моя простая курортная жизнь. Том 2

— Сам бы заменил, если б мог! А ты вообще крепок, столько ее выдержал…

В этот момент я его даже пожалел. Девушку-то можно поменять, а вот сестра с тобой по жизни.

Выбивая звонкую дробь каблуками, в кабинет торопливо вошла Геля, открыла рот, собираясь привычно заявить кому-нибудь, что хватит целовать Рому, и тут заметила, что Рому сегодня никто не целует. «Что это значит?» — словно спрашивая глазами, взглянула она на меня. Я лишь пожал плечами — сами же объясняли про красные флаги, считайте, я внял вашим советам. А если вас так беспокоит, что Рому никто не целует, можете и сами решить эту проблему.

Рома не будет возражать. Усмехнувшись, Геля начала урок.

Это был просто дикий контраст. Весь день на одних переменах моя капитанша вышагивала в составе Свиты, разбрасывая грозные взгляды по сторонам и изображая из себя такую суровую неприступность, а на других переменах жарко сосала меня в подсобке, прижимаясь всем телом, позволяя моим рукам шарить везде. Увлекаясь, я возвращался в класс бегом вместе со звонком — мятый, растрепанный, зацелованный, заласканный и до крайности довольный — так что даже тот, кто не слышал последние сплетни, с легкостью бы догадался, что в моей личной жизни происходит что-то потрясное.

Одноклассницы посматривали на меня с любопытством, одноклассники — с завистью, а Саня все уроки доставал вопросами.

— Ну как? — не унимался он. — Как ты получил такую обалденную девчонку?

Ну что на это сказать? Просто я везунчик — прими это уже как факт.

В общем, в таком сумасшедшем режиме я дожил до большой перемены и, решив, что пора подкрепиться, зашел в столовую. Однако едва переступил порог, как меня сразу же перехватила Инна.

— Ты теперь сидишь с нами! — бодро заявила она.

Одноклассники, вошедшие вместе со мной, дружно вытаращились, будто мне оказали великую честь. «С нами» значило за длинным столом в самом центре зала, который по некоему негласному правилу не занимал никто, кроме его царственной хозяйки и ее компании. Неважно, заявятся они первыми или последними, неважно, сколько мест осталось в столовке, этот стол был только для них. Разумеется, каждый год находились новички, бросавшие вызов — самых понятливых увещевали словами, а самых непонятливых друзья Императрицы буквально выносили с места вместе со стульями, и те вмиг становились понятливыми.

Насколько мне известно, новых членов за этот стол практически не принимали. Да чего уж там, даже давних знакомых не принимали.

— Я в этой школе никого не знаю. Только приехал в город. Можно я немного побуду в твоей компании?

— Нет, это не моя проблема…

— И что же, Катерина не против? — отгоняя воспоминания, спросил я.

— Ну ты же мой парень, — отозвалась капитанша, — а она сама сказала, что не против.