Мохнатая лапа Герасима
Три девицы вечерком отравились все чайком… Возможно, это было бы смешно, если бы не было так грустно. В элитном особняке богатого предпринимателя Андрея Красавина одна за другой скончались три домработницы. Надя от инсульта, Настя от астмы, а крепкая и здоровая, как космонавт, Кристина – от инсульта и диабета в придачу. Выяснилось, что девушки в последнее время баловали себя ароматным цветочным чайком из большой банки, невесть откуда взявшейся. Теща Красавина, Анна Григорьевна Шляхтина-Энгельман, примчалась к Татьяне Сергеевой и стала умолять ее разобраться во всей этой чертовщине. Чтобы не спугнуть злоумышленника и не привлечь лишнего внимания, Таня решила внедриться в дом Красавина под видом очередной домработницы… Начальница особой бригады и не подозревала, какие скелеты она обнаружит в шкафах этого семейного гнездышка!
Например, Фани Кашниковой, певицы, модели, дизайнера.
– Не знаю такую, – пробормотала я, – но, с другой стороны, времени ходить в кино и на спектакли у меня нет. Телевизор тоже смотрю редко.
– Фаня известна своим участием в скандальных телешоу, куда ее охотно приглашают, – растолковал Димон. – Девица симпатичная, всегда наряжена в откровенные наряды, несет чушь, что позволяет зрителям чувствовать себя умнее ее, она высказывается на любые темы, говорит громко и много. И попа у нее красивая!
– Димон!!!
– Что?
– При чем тут филей неизвестно кого?
– Мы о выставке говорим. На снимки голых задниц так называемых знаменитостей пришла полюбоваться толпа народа. Среди них и репортер газеты «Скандал Хит». В зале с попками ничего интересного не было, народ просто дивился на экспозицию, но вел себя чинно. А вот из соседнего зала полетели вопли, ясное дело, репортер кинулся туда. В статье он указал: «Мужик вцепился в картину. Дежурная попыталась отнять у буяна полотно. Да разве слабая старушка, которая живет на копеечную пенсию от жадного государства, справится с откормленным парнем, у которого будка семь на восемь метров? Он орал, что желает наказать того, кто извращает историческую правду! Не позволит, чтобы Шляхтины-Энгельманы порочили доброе имя Клотильды Бурбонской, его бабушки».
– Интересно, – оживилась я, – об этой Клотильде и какой-то рукописи Орлов Геннадию говорил.
– Думаю, надо съездить в музей и поговорить со смотрительницей, а заодно и с охраной, – предложил Коробков. – С этой задачей прекрасно справится Лиза."
"– Лучше отправить туда Федю, – возразила я, – он магически действует на дам любого возраста. Пусть рулит прямо сейчас. Наверное, музей открывается в одиннадцать утра?
– Не угадала! – весело ответил Димон. – Он закрыт до шести.
– Не совсем обычно для музея, – заметила я. – Он не работает днем?
– Точно, – ответил Димон. – Экспозиция расположена в музее «Тот, кто не спит».
– Это что такое? – спросила я.
– Проект продюсера Ирины Габер, – начал объяснять Димон. – Она купила здание бывшего завода, организовала там центр развлечений для тех, кто может себе позволить ночь протусить, потому что на работу пилить к девяти не надо. Ирина назвала свое детище музеем, чтобы подчеркнуть: это не клуб, а развлечение для интеллектуалов. Там устраивают выставки, работает ресторан, выступают музыканты, певцы. Сейчас это очень модное в определенных кругах место. Отправлю туда вечером Федю, он тебе утром позвонит, доложит. Все. Пока.
Коробков отсоединился, я же позвонила Аверьянову с вопросом:
– У тебя вроде есть приятель в издательском мире? Ты Димону помогал купить книги без торговой наценки. Или я ошибаюсь?
– Ага, – подтвердил Илюша.

















